Четвертый брак черной вдовы

 — И ваша хозяйка и за расходы перед ней отчитывается? Это потому вы так нелюбезно наорали на меня утром?

Лусия метнула в него злой взгляд и отвернулась.

— Чудны дела, — протянул Хоэль. — Совсем ничего не понял. Эта милая донья, которая Флоренсия, живет в этом доме? Когда не шастает по столицам?

— Нет, донна Флоренсия живет в замке Звезд, — пояснила Лусия, как будто нехотя. — Это фамильная резиденция дель Астра, а этот дом — наследство покойной матушки донны Катарины.

— Значит, мачеха заняла родительское гнездышко? — понял по-своему Хоэль.

Лусия протестующее вскрикнула, но следующий вопрос заставил ее вскрикнуть еще громче и вскинуть голову.

— А где хранятся все деньги вашей хозяйки?

— Почему вы спрашиваете?! — возмутилась Лусия. — Только не говорите, низкий человек, что вы намерены обобрать ее!

Это было уже слишком, а Хоэль и так уже долго терпел. Лусия только моргнула, когда он оказался рядом с ней, припечатав взглядом к скамейке.

— Послушайте, донья, — сказал Хоэль голосом, не предвещавшим ничего хорошего.

 — Ваша хозяйка спасла меня, и я ей многим обязан. А если посмеете подозревать, что я позарюсь на ее богатства или титул, я вас точно выпорю, по нежному задику, чтобы неделю сидеть не смогли. Понятно?

Она втянула голову, не смея пошевелиться, а Хоэль прошел к порогу и остановился, оперевшись плечом о косяк.

— Где хранятся ее финансы? — повторил он.

— В банке Медичи, — ответила Лусия. — У них кабинет здесь, в Тьерге.

Семейный банкир — дон Вилфредо.

— Дружок мачехи?

— Простите?! — Лусия возмущенно вскинула на него глаза.

— Плохо слышите, донья? С мачехой этот добрый дон на короткой ноге?

— Дон Вилфредо — крестный отец донны Фелисаны, — вынуждена была признать Лусия.

— Это еще кто?

— Дочь донны Флоренсии от первого брака.

— Очень интересно, — Хоэль нечаянно выглянул из беседки и увидел, как Катарина опять вышла из дома — на сей раз навстречу молодой особе в сопровождении старой карги.

Дамочки были наряжены ярко и пестро, как попугаи, и рядом с ними Катарина в своем черном платье выглядела, как королева в изгнании, которую решили посетить прежние подданные, у которых все хорошо и замечательно.

Молодая дама протянула желтый конверт, и Катарина, помедлив, приняла его. Но лицо у нее при этом окаменело, и Хоэль почувствовал неладное. Нет, ей не нравились гостьи. И их приход был явно ей не по душе.