Черничное мороженое

Конечно, он понимал, что преувеличивает, в его окружении было достаточно счастливых семейных пар, живущих в любви и согласии, они растили детей, его не менее успешные друзья-знакомые любили своих жен, обходились без положенных для своего статуса любовниц и выносили мозг Шевелеву.

— Ты помешался на женской меркантильности, Илюха, — твердил Никита Елагин, счастливый отец уже теперь четверых детей, когда они обмывали его двойню. Я влюбился в свою Саломию, когда она была обычной студенткой, и мне нафиг не нужно ее наследство.

— А кто тебе мешает помочь жене открыть бизнес, начать свое дело и поддержать на первых порах? — удивлялся Рома Яланский, который строил для Шевелева целый коттеджный поселок под продажу.

— Моя жена лучший хирург в городе, и она чихать хотела на мои деньги,  — подтверждал их слова Матвей Северов,  — а для меня самое важное это она и трое моих детей.

Илья соглашался с ними, но только сам себе мог признаться, что у всех до единой девушки, прошедших через его постель или в любой момент на это готовых был один-единственный недостаток  — ни у кого из них не было таких густых пшеничных волос до пояса, такой открытой улыбки, такого ясного взгляда, и самое главное, ни одну из них не звали София Верес.

С тяжелым сердцем въехал Илья в город, откуда шесть лет назад уносился на всех парах, подгоняемый гневом и жаждой доказать всем, а в первую очередь упрямой девчонке, какую ошибку она допустила.

Одна из знакомых, что тогда тусовалась в той их компании, рассказала Шевелеву, как видела Софию с маленькой дочерью и молодым мужчиной. София нашла свое счастье в том же курортном городке, и Илья вроде должен был порадоваться за нее, но он напротив ушел в глухой недельный запой. А вынырнув не поверхность, понял что на самом деле все это время надеялся на чудо, ждал, что София вновь появится в его жизни и что теперь он окончательно ее потерял.

Глава 5

Бес с удовольствием вытянул ноги и потянулся, разминая конечности. Он проделал хорошую работу, можно и отдохнуть. Самым сложным было уговорить Илью. Надо же, как он радовался когда-то несговорчивости и упрямству своего бывшего подопечного, и как сильно они теперь ему мешали! Зато дальше все пошло как по маслу.