Черная магия в белый горошек

– Что это, дедушка? – спросил Леня, и вдруг фигурка внутри стеклянного шара уменьшилась, как бы отдалилась и уплыла куда-то в глубину.

Теперь Леня смотрел на нее сверху, с высоты птичьего полета, и изображение в шаре поплыло в сторону, как будто Леня летел над городом на вертолете. Под ним проплыли Дворцовая площадь, Марсово поле, Литейный мост. Серая лента Невы уползала назад и в сторону, вот показался перекинутый через нее ажурным плетением металлических арок Охтинский мост, изображение стало чуть крупнее, как будто вертолет пошел на снижение, и Леня увидел заводской корпус из темно-красного кирпича, две высокие фабричные трубы, пыльные квадраты окон.

Дальше все заволокло туманом, изображение погасло, как экран выключенного телевизора.

– Что, голубь, догадался, где ее искать? – проговорил старичок, вырвав Леню своим звонким голосом из странного оцепенения. – Так поспеши, а то ей помощь-то очень нужна! И запомни: я ей туфельки недавно чинил, так вот у тех туфелек один секрет имеется.

Где они ступят, там цветочки расцветут. Да ты увидишь.

– Какие цветочки? – пробормотал Маркиз, тряся головой, чтобы прийти в себя и осознать, на каком свете он находится. – Дед, объясни мне…

– Некогда, некогда! – замахал на него старичок. – Поезжай скорее свою подружку спасать! А то как бы поздно не было!

– Да что же это, – начал Маркиз, но непонятная сила уже вела его к машине.

Он сел за руль, выжал сцепление и помчался в сторону Охтинского моста, благо до него было совсем недалеко.

По дороге он пытался понять, что, собственно, с ним происходит, почему он едет неизвестно куда? На что он рассчитывает? Неужели он действительно поверил какому-то полусумасшедшему старику?

Однако продолжал послушно двигаться в указанном стариком направлении."

"Когда впереди уже замаячили высокие переплеты моста, Леня заметил немного в стороне, почти на самой набережной, кирпичную заводскую стену, из-за которой выглядывали две высокие трубы.

Точно такие же, как те, которые он видел в стеклянном шаре. Леня проехал немного вдоль стены и затормозил около ржавой железной калитки. Выбрался из машины, подергал ручку. Она не поддавалась, но Леня был профессионалом, и открыть такой замок не представляло для него особого труда. Через минуту он уже был на пыльном, безлюдном, заросшем крапивой и бурьяном заводском дворе.

– Вот, – проговорил он, обращаясь к самому себе.