Чехов 7. Императорская охота

— Минин владеет частью флота, который наш правитель с удовольствием примет в казну после поражения в качестве откупа за пролитую кровь.

— А он берет откуп? — удивился я.

— С проигравшей стороны, — с готовностью пояснила княгиня.

— Мы приедем в резиденцию и там будем соблюдать правила, — продолжил старший Чехов. — Нападать как варвары мы не станем. На провокации до объявления боев, если все же до этого дойдет, не реагируем. Император даст нам возможность решить все миром. Так скажем, он выступит судьей в нашем споре.

— В чем заключается спор? — полюбопытствовал я. — Официально.

— Официально то, что старший сын Минина был одним из тех, кто носил маску волка. Он позволил себе напасть на тебя в месте, где насилие недопустимо. Это оскорбление, нанесенное семье в присутствии Императора.

— Мы все решили на месте. И претензий я не имел.

— Если бы щенок оставил все позади. Не пытался бы выяснить кто скрывается за маской господина Смерть, — с хищной ухмылкой заговорил начальник охранки, — Если бы он не стал бахвалиться, что мог бы поколотить младшего Чехова, но тому просто повезло…

— И откуда он узнал, кто скрывается под маской? — въедливо уточнил я.

— Кто-то подсказал, видимо, — с наигранным безразличием ответил князь.

— Кто-то? — поддел я.

— Минин решил влезть туда, куда ему лезть не стоило. И вместо того, чтобы извиниться и смиренно ждать прощения, он допустил вторую промашку.

Мужчина прошел к каминной полке и осмотрел портрет своих родителей. Глаза его затуманились от воспоминаний.

— Мерзавец всерьез решил, что может напасть на тебя и проучить. Он говорил об этом во хмелю, но при свидетелях. Такое не прощают, Павел Филиппович. Тебе стоит это понимать.

— Свидетели были не случайными. Верно?

— Ты хочешь обвинить меня в том, что я все подстроил?

— Я не обвиняю. Просто…

— Просто знай, что он подбивал своих дружков выяснить, кто скрывался под маской Кошки. Он и ее собирался навестить, если бы узнал имя.

Мое лицо застыло и, кажется, даже кровь отхлынула от него.

— Теперь ты понимаешь, о чем я говорю? Все еще считаешь, что стоило простить глупого парня? Не забывайся. Он не просто мальчишка из подворотни, который не умеет держать язык за зубами. Он служит в императорском полку. И рассуждал о твоем наказании не в питейной на рабочей окраине. Мерзкий выродок распустил язык в компании своих товарищей. Тех, кто завтра может решить, что Чехова можно ударить.

— Я понял, — мрачно бросил я.