Безродыш. Предземье

— Неудачный день. Нет добычи.

Рассказывать ему про змею и журавля я не собираюсь. Где я охочусь и как — не его дело.

— Получается, я просто так сюда топал?

— Так вышло. Извини.

Но Вахну моих извинений было мало.

— Так вышло? Э не, малой. Мы здесь серьёзные дела ведём. По-взрослому всё у нас. Отнял моё время — плати.

— Как плати? — поперхнулся я.

— Медяк с тебя. И это я ещё тебе скидку делаю. Моё время дороже стоит.

— Мы так не договари…

— Снова Такеру побежишь плакаться? — перебил меня Вахн. — Только попробуй! Достали вы уже меня с этим старым уродом! Думает, боюсь его.

Выпученные глаза вольника налились кровью. Не перегнул бы с ним дед.

— Медяк — это много, — пробормотал я. — Давай что-то думать.

— Что тут думать? — прошипел Вахн. — Назвался охотником, так веди себя как охотник. Хочешь, буду ходить только, когда у тебя есть, что продать. Тут добычу бросай, а я вечером потом заберу. Если будет, что забирать к тому времени, — ехидно добавил он.

— Не хочу, — опустил я глаза.

Ясно, что битая тушка в лесу, без присмотра оставленная, может вольника не дождаться. Или стащат шакалы какие, или сам Вахн возьмёт, а потом на них свалит. Так-то прав он. Ходить за частокол каждый день без всякой выгоды для себя никто не станет. Один медяк для меня погоды не сделает, а завтра, Единый даст, притащу ему ту змеюку и потерю с лихвой перекрою.

— С собой денег нет. В следующий раз из моей доли вычти, — нехотя выдавил я.

— Растёшь, малой, — осклабился Вахн.

* * *Но и на следующий день я притопал на встречу с пустыми руками. Йоков журавль! Кто же знал, что этой твари пернатой даже такая змея здоровенная по зубам? Вернее, по клюву. Зря только топор утащил — ещё объясняться потом за то с Маргой, когда его обратно верну. Разделала хитрая птица мою добычу, что тот мясник. Крови столько, что за ночь всю мелкота и подъесть не успела. Едва ли такую массивную тушу журавль в раз слопал.

Собрал силки и уплыл на тот берег, где давеча был. Расставил там и обратно. Второй медяк Вахну должен. Обида скрутила так сильно, что не вытерпел, зашёл вечером к Такеру. Лицо уже более-менее — дед по сумраку не должен побоев заметить. Не хочу ему про ту встречу с Лодмуровыми подспорниками рассказывать. Отчитает за глупость и после бурчать всяко будет.