Газлайтер. Том 19 (СИ)

Он тоже их использовал… Неужели этот пронырливый телепат научился тому же?

Генерал спешит добавить:

— Пока это лишь догадки, Сын Неба. У нас нет достоверных данных, что Филинов использует порталы. Но иных объяснений не осталось.

Ци-ван молчит. Пауза становится гнетущей. Генерал снова нарушает её, уже осторожнее:

— К тому же, русские прислали флотилию. Они предупредили, что, если мы откроем огонь по Антарктиде без их ведома, ответят немедленно. Заявляют, что проводят операцию против мировой угрозы.

Ци-ван стискивает зубы.

— Проклятые Львовы… Они всё прознали.

Развернувшись к офицерам, он отдаёт резкий приказ, и в его голосе больше нет ни намёка на прежнюю искусственную отстранённость:

— Усильте натиск. Отправьте дополнительные группы. Базу монахов мы должны взять, не взирая на потери. Ждите, пока Филинов появится через портал. И как только он появится — прихлопните его, как муравья. И верните мне моего дракона!

Ци-ван садится на трон. Офицеры поспешно кланяются и покидают зал, оставляя Сына Неба в размышлениях.

Император мысленно перебирает свои ходы. Да, Царь Борис уже знает о монахах на Южном полюсе и, несомненно, скоро начнёт задавать вопросы. Это раздражает, но не более. Гораздо важнее другое — телепат. Мальчишка Филинов оказался слишком дерзким, слишком уверенным в своей безнаказанности.

И, конечно, дракон. Ци-ван сжимает подлокотник трона. Его дракон! И сейчас он не в России… Ну или скоро там будет.

Антарктида? Она ничейная, её белые пустоши не охраняет русские погранвойска.

Такой шанс упустить нельзя. Даже потери отборных спецназовцев Ци-вана волнуют слабо — подданных у Хань более чем достаточно. Он может позволить себе потерять тысячу, десяток тысяч, даже сотню тысяч воинов. Какая разница? Страна огромна, новых найдут.

— Поймать бы его, — тихо, почти ласково шепчет Ци-ван, будто речь идёт о редкой птице в золотой клетке. — Другого такого шанса может не быть. Дракон принадлежит мне.

* * *Морозовы улетели в Москву — Маше скоро предстоят именины, а такое событие невозможно представить без пышных балов, торжественных приёмов и прочих неотъемлемых атрибутов дворянского праздника.

Князю Морозову, как я заметил, пришлось непросто — расставание с возлюбленной было для него явно болезненным. На прощание Ненея мягко похлопала его по плечу, нежно провела рукой по его щеке и, чуть приподнявшись на носочках, чмокнула его в щёку, оставив едва уловимый аромат своих духов.