1000 не одна ложь

"

"Асад прищурился и внимательно посмотрел на своего помощника. Тот весь скукожился, как перед опасным хищником. Бен Фадх довольно ухмыльнулся. Он любил, когда они боялись. Это чувство ему нравилось больше всего.

— А он не может притворяться?

— Нет. Не может. За это время было много проверок. Он ни одну не провалил.

— Его узнают?

— Нет. Он всегда с закрытым полностью лицом. Никто не узнал. А если кто и узнал, то расскажут это только на том свете. У нас в руках новая карта Кадира. Сейчас торговые пути стерегут его старшие сыновья.

— А где Кудрат?

— Как всегда… у себя. В своей лачуге. — осторожно ответил Хадид.

— Или в ее комнате? Опять трахает эту дрянь.

— При всем моем уважении… они ведь женаты. Все законно. И Кудрат действительно сейчас в ее комнате.

— Похотливая шлюха. Я должен был свернуть ей шею, едва она взглянула на него впервые.

— Зато он породнился с нашей семьей. Чего еще можно было желать? Раньше этого бы никогда не произошло.

Асад ударил кулаком по столу, и бокал, подпрыгнув, перевернулся, а красная жидкость полилась на ковер. Он не любил шкуры, он стелил в своих покоях только ковры. И теперь разозлился втройне, когда ковер был испорчен.

— И что? У него уже есть сын. Старший сын.

— Люди смертны. Сегодня — есть… завтра — кто знает, какой болезнью можно заболеть. О, храни Аллах нас от напастей.

Асад сверкнул глазами, но все же слегка расслабился.

— Его стерегут так, словно он весь из золота и бриллиантов. Кадир сам проводит ночи в покоях внука. Тут просто не избавиться.

— Всегда есть добрые люди.

— Пока что не торопись… пока что не надо.

Асад встал с кресла и вышел из своей комнаты, быстрыми шагами пошел по коридору, открывая руками резные двери, с цветным стеклом, между покоями.

Бедуин вышел на веранду и вдохнул полной грудью. Когда-то они с Кадиром были лучшими друзьями. Делили вместе и обед, и ужин, а бывало и женщин. Пока шейх не задрал нос и не зазнался из-за своей русской сучки. Не отдал ее Асаду. Не подарил, как тот просил. А приставил нож к его горлу и вышвырнул из своего дома. Из-за шалавы похерил дружбу.

Потом начал притеснять его людей, изгонять со своей территории, двигать границы.