Жестокая любовь мажора (СИ)

Конечно, мое окрыленное состояние немного притухает из-за встречи с матерью Илая и, к сожалению, у меня не получается скрыть это. Поэтому я молча сажусь в машину, пока Илай возится с Кириллом, пристегивая его в кресло, что не всегда просто — ведь у нашего сына огненный характер, доставшийся от двух драконов.

Покручивая кольцо на пальце, стараюсь отогнать от себя плохие мысли, которые пытаются пробраться в мою голову, как вражеские десантники. Но не особо выходит.

Илай садится за руль и заводит машину, поглядывая на меня.

Потом все же подается ко мне и, протянув руку, гладит меня по волосам.

— Ты расстроилась?

Поджимаю губы, не глядя на него.

— Немного. Просто кое-что вспомнила. Не важно…

Я слышу, как он вздыхает, а потом отстраняется, чтобы тронуться с места.

Какое-то время Илай молча ведет машину, явно о чем-то размышляя, а потом говорит, понизив голос:

— За нее можешь не переживать. Я не позволю совать ей нос в нашу семью.

— Вы общаетесь?

Наверное, глупый вопрос…

— Нет, — быстро и просто отвечает он.

 — И если честно, я бы не хотел даже обсуждать эту женщину.

Эту женщину…

Я киваю, понимая по интонации, что нам действительно не стоит продолжать разговор в этом русле, да я и сама не особо хочу. Главное я услышала. Но… будет справедливо, если Илай тоже услышит то, что я должна была рассказать раньше.

— Однажды ты спросил о моих родителях. Я сказала…

— Я помню, — мягко произносит он, облегчая мое признание, но если бы этого было достаточно!"

"Я опускаю взгляд, прижимаясь щекой к прохладному стеклу.

— Моя мама не просто умерла, Илай, — на удивление мой голос звучит спокойно, будто эта правда слишком долго сидела во мне, а теперь с легкостью вырывается на свободу. — Ее убил мой отец. Я видела это своими глазами… там было так много крови, она капала с его уродливой руки…

После тяжелой паузы, я продолжаю:

— Я забыла об этом после нескольких курсов с психологом, которого нашла моя бабушка, но прежде чем я смогла забыть то, что не должна была видеть, у меня успели взять показания.

 — Мое сердце бьется где-то в горле. — Но я все вспомнила… когда увидела своего отца по новостям. Я вспомнила его. Тогда кошмары обрели смысл. Потому что это были не сны, а воспоминания об ужасе, который моя память стерла из-за перенесенных стрессов. Так бывает, что память сама избавляет нас от плохого. Ну или мне это внушили. Не знаю… Я не контролировала этого. Психолог проводил долгие беседы и использовал множество методик, включая гипноз.