Жестокая любовь мажора (СИ)

Ребенок проснулся и хочет кушать, понятно же.

Я делаю, как она сказала, но что-то идет не так: я вдруг чувствую, как тепло проникает через футболку и расползается по животу… И только тогда понимаю, что… блядь. Меня описал маленький жук.

Подцепив двумя пальцами футболку, оттягиваю мокрую ткань.

В памяти всплывает его недавнее «ись-ись» и обретает смысл в моей голове. Жаль, что поздно.

Меня отвлекает хриплый смех бабы Люси.

— Ну поздравляю с боевым крещением, папаша.

Я качаю головой и сам усмехаюсь над собой. Вот спасибо тебе, сынок.

Прочистив горло, обращаюсь к старушке:

— Вы приглядите за ним, пока Алиса спит? Мне ехать нужно.

— Ну куда ж я денусь. Да, мой сладкий? — последнее — это, конечно же, не мне.

Потрепав сына по макушке светлых курчавых волос, прощаюсь с бабой Люсей и ухожу, на ходу стаскивая с себя футболку и сухим краем вытирая живот.

Сбросив на пороге кроссовки, заглядываю в комнату к Алисе. Забираю телефон, но, прежде чем уйти, присаживаюсь на краешек одеяла и наклоняюсь к спящей красавице.

Прижимаюсь губами к обнаженному плечу, осторожно убираю пальцами волосы с ее безмятежно лица и залипаю взглядом на розовых припухших губах и темных густых ресницах. Ангел, не иначе. Улыбаюсь и целую еще раз ее угловатое плечо.

— Алис, — шепчу. — Красивая моя. — Еще раз целую, и Алиса немного шевелится. — Я поехал, Кирилл у бабы Люси, — тихо произношу, чтобы сильно не разбудить.

Алиса сонно угукает и, повернувшись, обхватывает подушку, но при этом простынь сползает с ее бедер и, твою мать… мой взгляд цепляется за ее милую попку.

— Ты искушаешь меня, детка. Но я должен идти, — оставляю еще один поцелуй на нежной светлой коже и сцепляю зубы от желания. Уходить совершенно не хочется. Хочется сбросить с себя одежду, сгрести свою Ведьму в охапку и утонуть в ней. Жаль, что у меня нет возможности плюнуть на все и остаться. — Я позвоню, — бормочу чуть слышно, вдыхаю запах ее мягкой кожи и заставляю себя подняться на ноги.

Схватив с пола обоссанную футболку, выхожу из спальни как можно тише. Немного несправедливое утро. Но я успокаиваю себя мыслью, что это утро не последнее… у нас.

Глава 39

Меня будит какой-то грохот.

Я открываю глаза и часто моргаю, прислушиваясь к голосам из коридора. Потом слышу визг дрели и вспоминаю, что сегодня должен прийти слесарь, чтобы починить входную дверь.

Вздыхаю и переворачиваюсь на спину, но тут же морщусь от боли. Она, кажется, повсюду.