За все надо платить

Спать нужно обязательно и помногу, иначе ни о каком продуктивном творчестве и речи быть не может. Пока вы бодрствуете, вы сами себя насилуете, пытаетесь руководить собственным мыслительным процессом. А руководите вы им не всегда правильно. Только не каждый находит в себе силы в этом признаться. Что ж, голубчик, прощаюсь с вами до завтра и еще раз напоминаю: сон, сон, сон.

Выйдя из палаты, которую занимал Герман Мискарьянц, Александр Иннокентьевич зашел в комнату, на двери которой красовалась табличка: «Лаборатория».

– Кто готовит комплекс для восьмой палаты?

– Я.

Молодой парень лет двадцати пяти, крепкий, круглоголовый, с внимательными темно-серыми глазами, повернулся на своем крутящемся стуле и вежливо встал.

– Исключите из комплекса все успокоительные и снотворные препараты, – приказал врач.

– Хорошо, Александр Иннокентьевич.

От фармацевтов он вернулся в свой кабинет. Ольга сидела за его письменным столом и читала дневник наблюдений, который Бороданков вел на каждого пациента. На тетради, которая лежала перед Ольгой, была наклеена бумажка с надписью: «Палата 8. Мужчина, 30 лет, жалоб нет, хронические заболевания отрицает. Математик-программист».

Услышав, как открывается дверь, она обернулась и вопросительно посмотрела на мужа.

– Ну как там дела?

– Ничего нового, Олюшка. Ты же разносила ужин, все сама видела. Писатель дрыхнет без задних ног, как поступил к нам вчера, так и отсыпается с тех пор. Художница работает, света белого не видит. Ей нужно было по договору проиллюстрировать двадцать томов детской энциклопедии, она четыре тома сделала, и наступил кризис. Помнишь, она жаловалась, когда первый раз приходила, что ей хочется к каждому тому найти свое образное решение, свой стиль, а не получается.

– А Мискарьянц?

– С ним не так просто, детка. Налицо все признаки острой сердечной недостаточности, по-видимому, от нее он и скончается. Но жить ему осталось как минимум еще дня два, а то и три, а свою программу он может закончить уже завтра. После этого у меня не будет оснований задерживать его здесь, он уйдет домой и умрет в своей постели.