За каменной стеной

Я напугал ее! И теперь мог потерять… А самое паршивое, что в таком случае не имел права возвращать. Не имел права принуждать Малька идти дальше с таким нагруженным, как я.

Кажется, меня впервые так накрыло от внутреннего столкновения: эгоист и собственник, желающий быть с этой девочкой, против чувств, диктующих отпустить. Состояние, блядь, топорной безысходности. На грани. Бывало ли что-то подобное с другими? Хотел ли я еще с кем-то настолько быть? Блядь, я даже начал пробивать инфу о психиатрах!..

Вот он – стеб судьбы.

Я ведь долго не замечал это яркое пятнышко, которое существовало в моей реальности. Но стоило Полине оказаться на расстоянии, пусть даже выдуманном, как ощутил, насколько оно успело стать для меня жизненно необходимым. Вообще многое стало проясняться. На многое я без воли взглянул иначе – без сомнений и предрассудков.

Она выбрала меня. Несмотря ни на что продолжала любить, быть преданной.

Она – возможно, лучшее, что происходило в моей жизни… И проблема, разделившая нас, оказалась неожиданно иной.

По зубам мне.

Я даже не знал, в каком здании он работает и на месте ли сейчас. Зато я хорошо представлял, что сделаю, когда столкнусь с ублюдком лицом к лицу. С тем, кто посмел угрожать вернуть меня в ад, запах которого я до сих пор ощущал на себе.

Что больше меня допекало – сложно было сказать наверняка: почему отец Малька так по гнилому сунул свой нос в наши отношения? Или почему вообще посмел угрожать мне подобным?!

Гнев пеленой накрыл разум, смешался с кровью, и руки впивались в руль до скрипа.

Пару раз я чуть не попал в аварию, стремясь скорее оказаться возле городской прокуратуры. Ебаный вершитель судеб… Сегодня мы с тобой поменяемся местами. Сегодня первый ход будет за мной!

Ярость заражала разом со стремительной скоростью. Мысли о Полине, из-за которой я последние недели ходил точно контуженный, все больше стирались. Осознание того, что это ее отец – тоже. В моих глазах он превратился в НИЧТО. Прогнившее существо без имени, ценности и понятий!

Я уже видел перед глазами его окровавленное лицо и чувствовал боль в костяшках.

Не побывав ТАМ, не разевай пасть! Пусть я больной на голову, но вдолблю ему эту истину.

Кипятком ошпарило в груди, когда наконец показалось нужное здание. Машину с визгом остановил поперек парковки, неаккуратно. Вышел из салона, даже не забрав ключи, широким шагом двигаясь к ступеням возле входа. От неконтролируемого желания возмездия буквально трясло.