Танцуй со мной в темноте

– Никита! Совсем ополоумел?! – кричит Аня, упираясь плечом мне в грудь. – Научись сначала спрашивать, а потом людей бить!

– Хули тут спрашивать? Ты ревешь, а у него на морде написано «всеки мне».

– Я ничего ей не сделал. Просто на цветке была пчела, – бубнит Матвей.

– Что? – смотрю на Аню, потому что не понимаю по-собачьи.

– Меня укусила пчела, – всхлипывает она.

Обнимаю ее за плечи, а второй рукой перехватываю ладонь, всматриваясь в место укуса:

– Жала нет.

– Я его выкусила.

– Идиотка!

– У меня жуткая аллергия.

Матвей поднимается на ноги, и я прижимаю Аню крепче.

– Я отвезу тебя в аптеку, – говорит он

– Нет, Матвей, ты уже выпил пива.

– Кислый, дай мне закрытую бутылку! – щелкаю пальцами.

Друг реагирует моментально. Ловлю холодную стекляшку и вручаю Ане:

– Приложи и поехали.

– Я с вами, – гавкает пес.

– Собаки в моей машине катаются только в багажнике.

– Что?! – напрягается парень.

– Не надо… – вступается Аня.

Встречаюсь взглядом с недовольным Матвеем и увожу Аню на парковку. Не могу вспомнить, когда в последний раз так переживал за кого-то. Хотя… Это тоже была она. Всегда она.

– Аня, ты ходячее несчастье.

– А ты псих…

– Да… Офигенная парочка.

– Согласна, – усмехается Никитина сквозь слезы.

Осознание приходит так же мгновенно, как жалит пчела, – я не могу от нее оторваться. Даже если вытащить жало, яд уже попал в организм, и я не хочу лечиться.

– Мы проехали уже две аптеки, Никит, – скулит Аня, прижимая бутылку к запястью.

– Будь самураем, малышка. Терпи.

– Куда ты меня везешь?

– Туда, где тебе быстро помогут.

– Че-е-е-рт… Это ж надо было. Тупая пчела!

– Нехер цветочки от всяких блохастых принимать.

– Ты же понимаешь, что ударил Матвея просто так?

– Нет. Не просто…

Выворачиваю руль, заезжая на новенькую чистую парковку частной клиники, и останавливаю машину как можно ближе к крыльцу.

– Это что? Больница? – ошарашенно спрашивает Аня. – Никит, я не умираю. Таблетки было бы достаточно.

– Ты сказала аллергия. Так надежнее. Пошли!

Выхожу из машины, Аня тоже выбирается наружу. Усмехаюсь, глядя на нее:

– Бутылку оставь, алкашка.

Светлый просторный холл встречает прохладой и едва уловимым запахом антисептиков. Народу немного, медсестры бегают туда-сюда.