Тринадцатый III

Тогда придётся в кратчайшие сроки искать другую квартиру, на дом налички вряд ли хватит. Не уверен, что Света в курсе цен на недвижимость. А подкупить арендатора за молчание и возможность проживать с волком и вовсе встанет в копеечку. И это я посчитал не только средства Светы, но и те, что остались на хранение у Ивана Фёдоровича.

Света поднялась и бросила взгляд на Марса. Умный волк поднялся и пошёл к двери, стуча когтями по старому паркету.

— Мы уходим! — нервно сообщила сестра.

— Ну, иди. Через два часа будешь сидеть рядом с братом.

Сейчас это была лучшая стратегия, чтобы Света поняла — никто не собирается потакать её желаниям.

Она остановилась в коридоре и обернулась. Вопросительно посмотрела на меня, призывая уходить вместе с ней, на что я пожал плечами и потянулся к печеньке. Как ни в чём ни бывало запил чаем.

— Лёш, а почему ты нормальный, а твоя сестра вышла такой надменной? — спросила Лесси так, чтобы и Света это услышала.

Ох, надеюсь, у них до драки не дойдёт! Иначе я буду вынужден их сдерживать, пока не приедет надувной ринг и масло.

— Потому что для выживания необходимо приспосабливаться, — ответил я и допил сладкий чай. — Я это понял, а кому-то только предстоит смириться. Свет, раз ты не будешь свой чай, то я выпью?

Вместо ответа сестра нахмурилась.

— Ну и чего не уходишь? Я закрою за тобой дверь, — Лесси демонстративно встала и хмыкнула.

— Да мой волк чище тебя, простолюдинка, — процедила княжна.

Так, пора заказывать ринг! И много попкорна!

— Поэтому у него на когтях листья насажены? — усмехнулась красноволосая девушка.

Света опустила взгляд. Про листья Лесси отнюдь не шутила.

— Да ты должна быть благодарна, что мы посе-сетили твой дом, — Света начала запинаться.

Видимо, мы смогли пошатнуть её уверенность. Отлично, представление продолжается!

— Я тебя не звала. И терплю тебя только из-за Лёши.

— Лёша тоже здесь не… не останется…

— Правда? А мне кажется, ему здесь нравится.

Я кивнул, продолжая есть чай с печеньем. Прекрасная альтернатива попкорну!

— Кормят хорошо, — ответил я, прожевав.

— Да как ты можешь это есть? И пить из этой потёртой чашки? — снова закипела сестра.

Чем сильнее она злилась, тем лучше говорила. Вот же парадокс!

— Ну подумаешь, рисунок стёрся, — ответил я. — А печенье то тебе чем не угодило? Ценником?"

"Марс зарычал.