Тринадцатый III

— Что чувствуешь? — обратился я к привидению.

— Магию, — пожал он плечами.

Я приблизился к парящему сердцу. Оно начало дрожать, словно хотело убежать. Но не могло.

Вытянул руку и прикоснулся.

Перед глазами возникло видение. Я увидел его так, словно на несколько секунд в шкуре другого человека. Образы сменялись один за другим, как слайды фотографий. Вот я стою напротив каменного сердца, чтобы зачаровать его на защиту подземелья. Звенит сирена, отключается свет. Через миг на меня выливается поток концентрированной маны, и чтобы спастись я тянусь к артефакту.

Тело умирает, а я продолжаю существовать. Года идут, а поддерживающая жизнь энергия заканчивается. Чертовы накопители в стенах забирают у меня заветную ману. Мне приходится использовать энергию местных привидений и мутировавших животных. Я учусь их подчинять. Заставляю их приводить ко мне своих сородичей. Во мне не осталось ничего человеческого, и теперь я хочу лишь одного — существовать дальше. И вот в зал заходит молодая женщина. Она заблудилась в поисках друга, который решил показать ей подземелье. Вот он шанс! Я заставлю её принести мне жертву. Больше жертв — больше энергии…

Я отшатнулся и замотал головой, чтобы избавиться от этого наваждения. Никому не пожелаю ощутить себя на месте свихнувшейся души.

— Ты что-то увидел? — спросил Макар.

— Да. Там заключена душа, что напрочь привязана к этому месту.

— И что с ней делать?

— Надо подумать. Я еле ментальную защиту обошел.

— Хм, ментальная магия, значит. Тогда понятно, почему призраки не поднимаются на поверхность.

Но почему я ничего не чувствую?

— Потому что ты привязан ко мне. И он бы смог подчинить тебя только после меня, — логически рассудил я.

От артефакта исходило голубое свечение, излучающее холод. Но моя магия оказалась сильней. Поэтому кожа покрылась мурашками, но в груди чувствовалось тепло, защищающее меня.

— Давай его разобьём, — предложил я.

— Убирайся, — снова в голове раздался голос души.

Но это были её последние слова. Для них артефакт собрал последние силы.

Вокруг же витала энергия другого рода, и именно она поддерживала в нём жизнь.

— Жаль, что мы не взяли с собой кувалду, — посетовал Макар.

Каменное сердце парило в воздухе над постаментом. И его было непросто даже снять оттуда, не то что разбить. Но поскольку его атаки на меня больше не действовали, я не спешил что-либо предпринимать.

— Зато у нас есть кирпич, — напомнил я.

— Не надо мной рисковать! — насупился Макар и обиженно надул щеки, как запасливый хомяк.