Сводные. Любовь вопреки

Даже когда тебе нужны были инвесторы на твой этот фонд, ты не пришел ко мне! Почему? Неужели я не дал бы тебе денег? Своему единственному сыну?

Хм, а ведь и правда, почему я не пошел тогда к отцу? Мне ведь даже в голову не пришел такой вариант.

— Не хотел быть обязанным? — предположил я. — Я и так живу в твоем доме, ем твою еду…

— В моем доме, — горько усмехнулся отец. — Ты так и не начал считать его «своим», верно?

— Нет, — честно признался я. — Но знаешь, если бы меня две недели назад выгнали из «моего» дома, я бы перенес это гораздо тяжелее.

Отец виновато промолчал, и я сделал шаг на лестницу.

— Подожди, а Алисы ведь нет дома, — вдруг сказал он, словно только сейчас вспомнив.

— В смысле? — замер я. — А когда будет?

— Да я даже не знаю. Они с Леной сегодня улетают в Москву, им туда в больницу зачем-то надо.

— Зачем?!

— Лена не говорила.

— И когда?

— Да вот их водитель повез в аэропорт совсем недавно. Может, с полчаса назад.

— Кто повез?

— Сергей.

— Он водит как черепаха, — бросил я. — Я догоню.

— Это так срочно? — нахмурился отец. — Пусть долетят, сделают, что надо, потом поговоришь…

— Срочно! — резко ответил я. — После моего отъезда Алиса со мной не разговаривает, она заблокировала меня везде. Я понятия не имею, что она там себе надумала, и зачем она уезжает. Меня такой расклад категорически не устраивает.

Я выскочил из дома, помчался к Макларену, сел в него, но не успел выехать за ворота, как ко мне подбежал отец. Я притормозил, он открыл дверь и сел рядом со мной.

Мотор взревел, и мы погнали по трассе с дикой скоростью. К чести отца, он не сидел с таким видом, словно сейчас блеванет, а как будто даже наслаждался поездкой. Что ж, любовь к гоночным тачкам у меня точно не от матери, так, может, от него?

— Я на мотоциклах в юности гонял, — словно отвечая на мой вопрос, задумчиво проговорил отец. — Здорово было. Жаль, забросил с этим бизнесом.

Я ничего не ответил, но прибавил пару делений на спидометре.

— Твоя мать говорила мне, что ты знать меня не хочешь, — негромко сказал отец.

— С матерью было невыносимо, — пожал плечами я.