Сто дней до приказа

«Это не имеет значения, — отвечали мне на другом конце телефонного провода. — Нужно ваше имя, а мы будем бороться за профессиональную армию сами»…

Активно поступали предложения выступить на телевидении. А в ноябре 1991 года, после провала так называемого путча ГКЧП, мне даже предлагали возглавить «Красную звезду». Я от души посмеялся над этим, но лишний раз убедился, что в наших Вооруженных Силах происходят какие-то запредельные процессы, если звонят с такими предложениями. И постепенно со стороны «этих» людей наступило охлаждение.

А со своей стороны могу только сказать: несмотря на целую идеологическую кампанию, выстроенную во многом на основе моей повести, я целей и пафоса этой кампании никогда не разделял. Можно не любить недостатки и пороки армии, но не любить армию вообще нельзя: государства без армии на современном этапе истории нет и быть не может."

"— Повесть «Сто дней до приказа» вышла в печати в 1987 году и вызвала резко отрицательную оценку в ГлавПУРе. Однако одновременно с этой повестью вы написали другую книгу, которая также посвящена военной теме, — «Между двумя морями».

— Об этой работе широкому кругу читателей известно в меньшей степени. Действительно, в то время я защитил диссертацию, а потом выпустил книгу о замечательном сибирском поэте-фронтовике Георгии Суворове, погибшем в 1944 году под Ленинградом. И выбор этой темы не случаен: как филолог я специалист именно по стилистике и жанровым особенностям поэзии периода Великой Отечественной войны. Ну а в том, что «Сто дней» и «Между двумя морями» писались одновременно, нет никакого парадокса и противоречия.

В армии есть и романтика, и героика, и патриотизм, а есть и много нелепого, смешного. И то и другое может быть предметом литературы. И если писатель в армии видит лишь только одну сторону — плохую или хорошую, это какой-то дефект социального зрения.

— Тем не менее «забойные» повести «Сто дней до приказа», «ЧП районного масштаба», бичующая комсомол, «Апофегей», прошедшийся по партии, — это одно.

Но после знакомства с вашими последними выступлениями в печати у читателей сложилось мнение о некоторой трансформации ваших взглядов…

— Так получилось, что на передний план в моих книжках об армии, комсомоле, партии выходила разоблачительная сторона. Это было естественно: если вы помните, когда они писались, было время, по выражению А. Толстого, «срывания всех и всяческих масок». Винить в этом только экстремистски настроенных людей не стоит.