Служанка

Эли, — посмотрел на жену, — ты проедешь первой, за тобой по трое в ряд пойдут все остальные."

"Элиния ничего не ответила. Она посмотрела ему в глаза, словно передав часть своей души, и тронула лошадь шагом.

— Вперед! — приказал Штефан своим воинам. — Хант, чего замер? Тебя это тоже касается.

— А я, командир, останусь с тобой. Хочу на имперских ублюдков поближе поглядеть, — усмехнулся старый арн. — Уж больно интересно увидеть, какое у Сварда лицо будет, когда он поймет, что просчитался.

Штефан пристально посмотрел на генерала и молча кивнул.

Воины быстро перестроились и двинулись мимо него к границе.

— Милорд, мне остаться? — спросил оказавшийся рядом Гойко.

— Нет, — ответил Штефан. — Позаботься лучше о миледи.

— Не беспокойтесь, милорд, пока вы здесь, я с леди Элинии глаз не спущу, — серьезно сказал ординарец.

— Поезжай, — Штефан хлопнул по крупу каурого коня Гойко и посмотрел вдаль, туда, где отчетливо слышался топот копыт.

— Живее! — громко крикнул, поторапливая своих воинов.

Те проезжали мимо него и исчезали за преградой, которая с каждой минутой становилась все плотнее. Он уже не видел оказавшихся по ту сторону людей. И не слышал их голосов.

— Штефан, они уже близко, — встревоженно произнес Хант. — Уходи. Я прослежу, чтобы все успели перейти на ту сторону.

— Нет, Хант, — качнул головой Штефан. — Мы уйдем вместе.

Он бросил взгляд на оставшихся воинов.

— Быстрее! Шевелитесь! — прикрикнул на воинов Хант. — Или хотите, чтобы ваши головы на кольях вокруг Олендена оказались?

Дело пошло быстрее, и вот уже последняя тройка миновала преграду и скрылась за полностью утерявшей прозрачность стеной.

— Уходим, — пришпоривая коня, сказал Штефан.

— Самое время, — пробормотал Хант, оборачиваясь назад.

— Именем императора, остановитесь! — послышался усиленный магией голос Сварда. — Штефан Крон, сдавайтесь! Вам не уйти!

— Поцелуй меня в зад! — насмешливо выкрикнул Хант. — Попробуйте взять нашего командира, трусливые ублюдки!

В тот же миг рядом с ними разорвался магический снаряд, и Штефан, схватив за узду Хораса — тонконогого ахетинца Ханта, дернул ее и почти втащил друга за стену.