Служанка

Я смотрела на нее, пытаясь понять, что происходит и кто эта леди? Видимо, девушка занималась тем же.

— Что это за женщина? — подойдя ближе, настороженно спросила она. Ее тонкие брови чуть нахмурились, а в красивых голубых глазах застыло недоумение. — Ну, чего ты молчишь, дорогой? Зачем ты впустил в наш дом эту оборванку?

В наш дом? Дорогой? Я вопросительно посмотрела на своего бывшего жениха, требуя от него объяснений, но ответил он не мне.

— Ланица, успокойся. Тебе вредно волноваться, — взяв девушку под руку, тихо сказал Дамир.

Создательница… Дамир говорил что-то еще, но я не слышала, оглушенная его словами. Матушка умерла… Умерла. Ее больше нет. Моей доброй, светлой и бесконечно любимой матушки больше нет… Сердце отказывалось в это верить.

Перед глазами все поплыло.

— Элиния, ты слышишь меня? — пробился сквозь пелену боли голос Дамира. — Тебе есть куда пойти?

Я с трудом покачала головой. Некуда мне идти. И не к кому. Все. Больше у меня никого не осталось. Никого…

— Дамир, ты ведь не собираешься оставлять ее в нашем доме? — донесся до меня громкий шепот Ланицы.

— Успокойся, дорогая, — тихо произнес Дамир. — Иди в спальню и ложись, я все улажу.

Он осторожно подтолкнул жену к лестнице.

— Не задерживайся, — с намеком сказала Ланица, окинув меня настороженным взглядом. — И денег ей не вздумай давать, а то знаю я таких — вечно они норовят свои беды на чужие плечи переложить.

Она говорила что-то еще, но я не вслушивалась в сердитую речь, наблюдая за всем словно со стороны. В голове билась только одна мысль — матушка умерла… Перед глазами стояли ее нежное лицо, лучистые глаза, сдержанная улыбка, тонкие пальцы, в которых мелькала игла… В ушах звучал тихий напевный голос с легким анатолийским акцентом.

— Идем, нужно поговорить, — дождавшись, пока Ланица скроется наверху, сказал Дамир.

Я только вздохнула.