Ложь, которую мы крадем (ЛП)

— говорит Лира, шагая в унисон со мной, пока мы скользим по булыжным ступеням к влажной траве перед парящим лабиринтом.

Мой желудок заурчал от нехватки еды и истощения: — Конечно.

Я скрещиваю руки перед грудью, опираясь на левую ногу, чтобы заглянуть в вход, встреченный темнотой и скудным лунным светом. Без фонарика мы не смогли бы пройти через это.

— Это было вдохновлено греческим мифом, ты знаешь Тесея и Минотавра? Строители хотели, чтобы он был точной копией критского.

Они не только украли у нас чувство безопасности, они украли у нас чувство радости. Мы так боялись делать что-нибудь веселое, так боялись, что они выскочат из-за угла и сожгут нас дотла.

Что было отстойно, потому что я всегда считала себя достаточно приличной в решении головоломок.

— Добро пожаловать в класс первокурсников Холлоу Хайтс! — Один из учителей объявляет в микрофон наверху булыжных ступеней позади нас.

— Мы рады включить вас в вековую традицию здесь! Каждый год — новая игра, но награда всегда одна и та же. Если вы найдете золотой ключ внутри лабиринта, вы получите доступ к одной из многих потайных комнат школы, которые были переделаны в частные залы для отдыха.

Мы слышим громкие аплодисменты и оглушительный энтузиазм наших сверстников, я уверена, что они больше взволнованы соревнованием, чем наградой. Несмотря на то, что это известный университет с большим количеством статуэток и наград, чем у гребаного папы римского, они не предлагают организованных видов спорта, боясь, что легкая атлетика станет приоритетом, а не образованием, а этого не может быть в такой школе, как эта.

Если бы кто-нибудь хоть на секунду подумал, что Холлоу Хайтс делают что-то, чтобы сбить с курса величайшие молодые умы поколений, он был бы немедленно дискредитирован. Люди годами пытаются затащить сюда своих детей, даже чтобы к их заявкам прикоснулась гребаная скрепка.

Вот откуда будет происходить наша будущая Америка.