Ложь, которую мы крадем (ЛП)

Одна из ее рук отбрасывается назад, хватая меня за предплечье, вонзаясь ногтями, когда я вижу, как глаза начинают закатываться. Перекрывая ровно столько кровообращения, чтобы она чувствовала, что летит, блядь, все время, пока я трахаю ее пальцами сзади.

Я отпускаю хватку, позволяя ей получить прилив кислорода, ее спина падает, когда она держится за зеркало для поддержки. Это то, чего я хотел каждый день своей жизни, наблюдая, как она все глубже и глубже погружается в удовольствие.

Мои глаза проследили глубокий изгиб ее спины, ее узкие маленькие трусики, сдвинутые в сторону на ее круглой попке, и, Боже, ее лицо было сном.

Это был самый близкий к небесам человек, подобный мне, когда-либо добиравшийся до него.

Убирая свои пальцы от ее влагалища, что заставляет ее скулить от потери, я очень быстро просовываю их ей в рот через отверстие в пластике, позволяя ей почувствовать, насколько она сладка.

— Как нектар богов, Брайар.

Он выпрыгивает, приземляясь прямо между скользкими полными щеками ее задницы, с толстого красного кончика капает предсперма. Я держу одну руку на поводке, в то время как другая тянется к корню моего члена, размазывая ее слюну и соки вокруг меня.

— Я собираюсь трахнуть тебя вот так, —мрачно рычу я ей в ухо, выравнивая свой нетерпеливый член с ее аккуратным входом, мое тело наполняется энергией от обещания опустошить ее.

Она не пропускает ни секунды: — Хочу, блять, хочу, пожалуйста. — Практически дрожа, когда я сильно вошел в нее, наполняя ее до рукоятки. Она шире раздвигает бедра, позволяя мне проникнуть глубже под этим углом, и мы оба падаем в океан удовольствия.

Я упиваюсь звуками ее хныканья одновременно и от удовольствия, и от дискомфорта.

Вот что мы сделали. Посреди моего тату-салона мы трахались. Я украл ее дыхание, в то время как я засунул свой член так глубоко в нее, что она чувствовала бы меня годами. Нам не нужны были рождественские гимны и елка. Мы просто нужны друг другу и это.