Искушай меня в сумерках (ЛП)

Влияние пэров постепенно слабело, а класс промышленников и торговцев стремительно поднимался. Поэтому браки представителей обедневших благородных семейств и денежных, но не знатных семейств, заключались все чаще. Образно говоря, пэрству все чаще приходилось вставать на одну доску с людьми из более низких сословий.

Минус – отец Майкла Бэйнинга, виконт, придерживался наивысших стандартов, особенно в том, что касалось его наследника.

– Виконту придется серьезно обдумать матримониальные планы, – разъясняла ей мисс Маркс.

– У него безупречное происхождение, но состояние постоянно уменьшается. Его сын обязан жениться на девушке из богатой семьи. Почему бы не из семьи Хатауэй?

– Надеюсь, ты права, – с чувством ответила Поппи.

Поппи нисколько не сомневалась, что будет счастлива, выйдя замуж за Майкла Бэйнинга. Он джентльмен симпатичный, разумный, любит повеселиться. И она его любит, пусть эта любовь не пылает огнем страсти, но дарит тепло ровно горящего пламени. Ей нравится характер Майкла, уверенность в себе, в которой нет ни намека на высокомерие.

И его внешний вид очень нравится, хотя леди не должна в этом признаваться: густые каштановые волосы, теплые карие глаза, высокая поджарая фигура.

При первой же встрече, слишком легко, в мгновение ока она влюбилась в Майкла."

"– Надеюсь, вы не играете со мной, – сказал он однажды, когда они бродили по художественной галерее лондонского особняка во время приема. – Надеюсь, я не ошибаюсь, принимая обычную вежливость с вашей стороны за более сильные чувства.

– Они остановились напротив большого пейзажа, выполненного маслом. – Правда в том, мисс Хатауэй... Поппи... что каждая проведенная в вашем обществе минута дарит мне такое наслаждение, что я с трудом переношу время, когда я не с вами.

Поппи с удивлением поглядела на него и шепнула.

– Как такое возможно?

– Что я люблю вас? – в ответ прошептал Майкл, и его губ коснулась робкая улыбка. – Поппи Хатауэй, вас невозможно не любить.

Она прерывисто вздохнула, до краев наполненная счастьем.

– Мисс Маркс никогда не рассказывала, как в такой ситуации должна вести себя настоящая леди.

Майкл улыбнулся и наклонился чуть ближе, словно доверяя очень важную тайну.

– Могу я предположить, что вы осторожно поощряете меня?

– Я тоже люблю вас.

– Не слишком осторожно с вашей стороны, -его карие глаза блеснули, – но как мне приятно это слышать.

Ухаживание велось крайне осмотрительно. Отец Майкла, виконт Андовер, всячески оберегал своего наследника.