Искушай меня в сумерках (ЛП)

К сожалению, вынужден признать, что не организовывал никакого скрытого заговора, чтобы навредить Ратледжу.

– Вы не скрывали своей враждебности, – напомнил Лео. – Угрожали ему. Даже приходили в отель с револьвером. Вы – наиболее вероятная кандидатура, которая может быть причастна к его исчезновению.

– Как бы мне ни хотелось взять на себя ответственность, – сказал Майкл, – я не могу. Удовлетворение от его убийства не стоит того, чтобы быть из-за него повешенным, – его налитые кровью глаза сфокусировались на Поппи.

Поппи моргнула так, словно ей дали пощечину.

Лео спокойно вступил в разговор.

– Бэйнинг, в следующие несколько дней вы будете отвечать на множество вопросов, касающихся Гарри Ратледжа. Все, включая и ваших друзей, будут тыкать в вас пальцем. К завтрашнему утру половина Лондона будет разыскивать его.

– Сказал же вам, я не имею к этому никакого отношения, – рявкнул Майкл. – Но надеюсь, что, благодаря всем чертям ада, его вскоре найдут – на дне Темзы.

– Довольно, – гневно выкрикнула Поппи. Мужчины в изумлении уставились на нее, – как низко с вашей стороны, Майкл! Гарри был несправедлив к нам обоим – это правда, но он принес извинения и пытался искупить вину.

– Не передо мной, Бог мне свидетель!

Поппи с недоверием посмотрела на него.

– Вы хотите от него извинений?

– Нет, – он пристально взглянул на нее, хриплая нотка мольбы послышалась в его голосе, – я хочу вас.

Она залилась румянцем от ярости."

"– Это никогда не станет возможным. И никогда не было. Ваш отец ни за что не принял бы меня как свою невестку, потому что я вам не ровня. И суть в том, что вы думаете так же, иначе действовали бы совсем по-другому.

– Я не сноб, Поппи.

Она нетерпеливо тряхнула головой, выражая нежелание тратить впустую драгоценное время.

– Это не имеет значения. Я полюбила своего мужа. Я никогда не оставлю его. Поэтому, для нашего общего блага, прекратите разыгрывать спектакль и докучать нам, и живите своей жизнью. Вы рождены для лучшего, чем вот это.

– Хорошо сказано, – пробормотал Лео, забираясь в экипаж. – Поехали, Поппи. От него мы больше ничего не добьемся.