Грань судьбы (ЛП)

— Кто-то идет, — прошептала Одри.

Кальдар кивнул и отступил на шаг, заняв позицию у двери.

Одри повернула руль в другую сторону.

В коридоре послышались шаги. Она заставила себя не обращать внимания на приближающегося человека.

Поворот, поворот, щелчок. Поворот, поворот. Тумблер. Обратно.

В комнату вошел высокий крупный мужчина, одетый в темную одежду, с винтовкой и с бледно-голубыми одноразовыми бахилами на ботинках. Ее стетоскоп все еще был прижат к дверце сейфа."

"Они уставились друг на друга. Охранник вскинул винтовку.

Прежде чем ствол сдвинулся на дюйм, Кальдар молниеносно ударил охранника в горло. Мужчина не успел среагировать. Второй удар пришелся охраннику в солнечное сплетение. Кальдар подхватил мужчину, потянул его вперед, с плавной грацией наклонил, направляя его в позицию, как если бы охранник был сделан из пластилина, пока Кальдар каким-то образом не оказался позади него, сжав горло охранника, отрезая ему приток крови к мозгу. Охранник дернулся, размахивая руками. Кальдар держал его почти осторожно. Человек обмяк.

Ух ты! Это было довольно красиво.

Кальдар опустил его на пол и вытащил из кармана скотч и пластиковые хомуты.

Щелкнул последний стакан. Одри встала, сняла стетоскоп и развела руки, согнутые в локтях, ладонями вверх. Магия пузырилась внутри нее и выходила наружу, скользя вниз по ее плечам невесомой волной кристально-зеленого цвета. Полупрозрачный цвет окутал ее ладони. Одри толкнула его. Магия устремилась от нее к замку, протекая через замочную скважину. Сейф задрожал, но остался запертым.

Она напряглась от боли и надавила сильнее.

Замок сопротивлялся.

Сильнее.

Боль начиналась глубоко внутри нее, становясь все горячее и горячее, цена слишком большого количества магии, израсходованной слишком быстро. Вес замка давил на нее, словно кто-то навалил ей на плечи тонну камней. Ну, давай… Давай…

Металл скользнул по металлу. Дверь распахнулась на хорошо смазанных петлях, открыв четыре полки, заполненных наличными.

Боль отступила. Одри выдохнула. Кальдар ухмылялся, как идиот.

То, как он смотрел на нее, почти заставило ее покраснеть, и для Каллахана это было круто.

Он наклонился к ней и прошептал слишком громко:

— Одри, ты волшебница.

Она никак не могла понять, искренен ли он. Но ей очень, очень хотелось в это верить.

* * *ДЖЕК неторопливо шел по улице рядом с Джорджем, щурясь от утреннего солнца. Они были восхитительно грязными.

Они оба дважды скатились с холма, и теперь волосы Джорджа напоминали грязную копну.