Десять «за»… (ЛП)

Себастьян отпил глоток чаю, проглотил, потом снова посмотрел на Оливию, тщательно изображая на лице безмятежность.

— Прошу прощения, — произнес он приветливо, — ты ко мне обращалась?

— Гарри! — воскликнула она возмущенно. Но муж только покачал головой, не отрываясь от чтения.

Оливия угрожающе прищурилась, и Себ подумал: «Здорово, что мне не придется сегодня вечером оказаться, как говорят французы, “в ботинках Гарри”, когда придет время беседовать с женой один на один».

Хотя стоит надеяться, что Гарри к тому времени уже окажется без ботинок.

— Себастьян! — Сурово проговорила Оливия. — Ты меня слушаешь?

Он моргнул, пытаясь сосредоточиться на ее лице.

— Ловлю каждое слово, кузина, ты же знаешь.

Она с треском отодвинула стул и плюхнулась напротив Себа.

— А ты не собираешься позавтракать? — мягко осведомился он.

— После. Сперва мне надо…

— Я с удовольствием положу тебе на тарелку все, что пожелаешь, — предложил он. — В твоем положении, знаешь ли, не стоит пренебрегать правильным питанием.

— Мое положение сейчас волнует меня меньше всего, — ответила она, наставив на него изящный тонкий пальчик. — Сядь.

Себ вопросительно наклонил голову.

— Я, вообще-то, сижу.

— Ты порываешься встать.

Он повернулся к Гарри.

— Как ты ее терпишь?

Гарри впервые за утро оторвался от газеты и хитро усмехнулся.

— Есть у ее присутствия некоторые выгоды, — пробормотал он.

— Гарри! — воскликнула Оливия.

Себастьян с удовольствием смотрел, как она краснеет.

— Ну ладно, — спросил он, — что я натворил на этот раз?"

"— Мисс Уинслоу.

Мисс Уинслоу. При мысли о ней он постарался не нахмуриться. Какая ирония! Последние два дня, он только и делал, что хмурил брови, стараясь не думать о ней.

— И что «Мисс Уинслоу»?

— Ты и словом не обмолвился, что за ней ухаживает твой дядя.

— Я не знал, что за ней ухаживает мой дядя. — Неужели его голос действительно звучит так напряженно? Это не дело.

На секунду воцарилась тишина. А потом:

— Ты, наверное, ужасно зол на нее.

— Наоборот, — небрежно ответил Себастьян.

Хорошенькие губки Оливии удивленно приоткрылись.

— Ты на нее не сердишься?

Себ пожал плечами.

— Злость требует слишком больших усилий. — Он поднял глаза от тарелки и вкрадчиво улыбнулся. — Я знаю лучшие способы проводить время.

— Знаешь? Ну то есть, да, конечно же, знаешь.