Одиночка. Трилогия (ЛП)

Запах горелой человеческой плоти смешался с вонью плавящегося пластика, жженой резины и разлитого горючего. И даже не эта жуткая, невообразимая картина, а страшная вонь заставила меня развернуться и просто бежать — бежать, не разбирая дороги. Я бежал, выставив вперед пистолет, и если бы мне тогда попались виновники случившегося, я бы выпустил в них всю обойму. Я бы стрелял и стрелял, убивал без жалости и сожаления. Только вот в кого бы я после этого превратился?

Я стоял один в пустом, холодном и темном вестибюле.

С баррикады, которую я выстроил возле основного входа, упал стул. Свет фонарика отразился в стекле — ничего. Через пробитую охотниками дыру врывался ветер и шевелил наваленные под дверью вещи: в куче что–то позвякивало, постукивало, шелестело. Я засунул пистолет в карман, направил луч фонарика на баррикаду и собрался поднять стул, но внезапно остановился. Ощущалось чье–то присутствие: чуть слышный шорох, шевеление…

Я ждал, нащупав в кармане пистолет и положив палец на спусковой крючок.

Вытащил руку с пистолетом.

Подождал еще.

Больше ничего не было: ни шума, ни движения.

Еще пару минут я стоял на месте, боясь шелохнуться от страха. Выжидал, готовый закричать, выстрелить, броситься на врага. Тишина. Постепенно я стал успокаиваться, сердце забилось медленнее, я чуть расслабился…

Там!

В луче света что–то проскочило. Крыса! Я поймал ее в круг света: она семенила по полу, вынюхивая, шевеля мордой. Всего лишь крыса! Я почти рассмеялся. Никого — только я и крыса.

Крыса явно искала выход на улицу, и я приоткрыл заднюю дверь, чтобы выпустить ее. Нахлынула черная ночная пустота. Свет фонарика растворялся в ней. Я выключил его и немного подождал, пока глаза привыкнут к темноте.

Звезды были закрыты низкими плотными тучами, из–за которых зловеще пробивался лунный свет.

Звери. Ледяной ветер. Неизвестность. Скрипнуло дерево, пронеслась в воздухе какая–то ночная тварь. В полной темноте я быстро обошел вокруг центрального бассейна, чернота в котором была еще гуще, чем чернота воздуха.

Но, несмотря на это, я чувствовал себя в зоопарке на удивление безопасно и спокойно, будто под защитой питомцев Рейчел: их глаза и уши всегда настороже, и если на территорию проникнет чужак, они тут же подымут тревогу.