Крылья зла (ЛП)

Мои мысли вертелись вокруг затянувшейся боли в спине, тупого жжения, которое так и не исчезло с тех пор, как я проиграла бой две недели назад.

Я редко совершала ошибки.

Еще реже я проигрывала бой.

Лорд этого не одобрял."

"Румми знала Лорда. Она не была Фантомом, но была моей подругой с детства. Если Лорд и знал о ее существовании, то никак этого не показывал. Иногда мне казалось, что он знает о наших поздних ночных встречах и скрытых разговорах в тени, и, возможно, он позволил мне это. Позволил мне иметь эту дружбу.

Румми была сильной, свирепой и верной, но она презирала его. Она ненавидела то, что я была Фантомом, и ненавидела то, что Лорд контролировал меня. Она была достаточно умна, чтобы уловить некоторые вещи за эти годы: побитые кулаки, удары плетью по моей спине, дни, когда я пропадала без вести.

Я видела это по ее глазам, по тому, как она слегка вздрагивала, когда я рассказывала ей о своих драках и тренировках.

— Не говори этого, — выдохнула я.

— Что не говорить?

— Какой бы осуждающий и невероятно бесполезный комментарий ты ни собиралась сделать.

Она хмыкнула, вскинув руку вверх. — Я просто не понимаю, почему ты не уходишь. Ты можешь убежать, Хантир. Ты можешь сбежать, и он никогда не найдет тебя!

Я зажмурилась и покачала головой. — Ты же знаешь, что я не могу этого сделать, Румми.

— Но почему? — потребовала она.

Мы разговаривали об этом каждые несколько месяцев, но в последнее время все чаще и чаще. В Румми чувствовалось отчаяние, которое она с трудом сдерживала.

В последнее время мои тренировки стали более интенсивными. Бои стали жестче, наказания — жесточе. Лорд не оставлял места для ошибок ни мне, ни любому из Фантомов.

Но Румми не понимала. Никто не мог. Может, для остальных Фантомов Лорд и был просто учителем, но не для меня. Он приютил меня, когда я больше всего в нем нуждалась. Он вырастил меня как собственную дочь.

Покинуть Мидгрейв было не так просто. Я бы оставила самого близкого человека, похожего на отца. И что еще хуже, я разочаровала бы его.

С этим я не могла смириться.

— Он мне нужен, — сказала я голосом, едва превышающим шепот. — Он сделал меня сильной. Он сделал меня выжившей.

— Он сделал тебя своим питомцем. — Румми снова подняла лицо к небу, выплюнув слово «питомец», словно яд. — Ты собираешься позволить ему управлять твоей жизнью вечно?

Она не понимала. Она не осознавала. Каждая драка, каждый удар, каждая порка — все это было для того, чтобы укрепить меня.