Логово гадюк (ЛП)

Это нормально ― ломаться время от времени, но не делай этого в одиночку.

Я не отвечаю, и она пинает мой стул и впивается в мое лицо, ее собственное теперь искажено гневом.

— Блядь, поговори со мной, Райдер. Не отгораживайся от меня. Не будь таким мудаком, или, клянусь, ты меня потеряешь. Ты хочешь защитить нас? Отлично, хочешь погрязнуть в жалости к себе? Отлично, но не смей отгораживаться от меня, ни сейчас, ни когда-либо.

С ревом я встаю и мгновенно оказываюсь перед ее лицом, моя рука на ее шее.

— Нет? Ты бы предпочла, чтобы я выместил это на тебе? Ударил тебя? Сделал тебе больно? Потому что именно это и произойдет, если ты будешь продолжать давить, Роксана.

Я отталкиваю ее с отвращением, не на нее, а на себя, зная, что если я этого не сделаю, то могу причинить ей боль. Кровь папаши-мудака течет в моих венах, и именно в такие дни, как этот, он обычно срывал злость на моей маме.

Я тоже это чувствую.

Потребность забыть, причинить кому-то боль, чтобы чувствовать себя сильнее, менее неуправляемым.

И это мой самый большой страх, что я причиню ей боль, потому что я люблю ее.

А моя любовь? Она сопровождается шипами.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

РОКСИ

— Хочешь причинить мне боль? Отлично, причини, если это поможет. Я могу вынести её, — огрызаюсь я, устав от этого дерьма. Когда мне кажется, что я уже близко, он снова отстраняется, предлагая мне только те части себя, которые хочет, скрывая остальные.

Рай упирается руками в окно, его голова прижимается к стеклу.

— Убирайся, — приказывает он.

— Нет, — спокойно отвечаю я, скрещивая руки. — Нет, пока ты не разберешься со всем этим дерьмом. Ты боишься причинить мне боль? Из-за твоего отца? Верно? Или, может быть, ты просто винишь себя за все, что произошло?

Я фыркнула, когда он вздрогнул.

— Я знаю тебя, Райдер, возможно, лучше, чем ты думаешь. Ты будешь перечислять каждую чертову деталь, винить себя, думать, что ты мог бы предотвратить это, но, детка? Иногда дерьмо просто случается, и знаешь что? Я не виню тебя, и твоих братьев тоже.

Он замолкает на мгновение, и я думаю, что завела его слишком далеко, но когда его голос раздается, он еле слышен и испуганный.