Испанский любовный обман (ЛП)

Нигде в моем теле не вспыхнуло.

Веселье группы росло по мере того, как все больше членов команды Жениха следовали примеру Гонзало и Даниэля. Ну, никто из присутствующих на самом деле не жаловался, вероятно, опасаясь реакции моей сестры, которая в этот момент приветствовала каждого новообретенного мужчину без футболки. Даже разочарование Габи из-за потери контроля над группой уменьшилось по мере того, как атмосфера становилась светлее.

Так было до тех пор, пока Даниель не открыл рот и не нарушил веселую атмосферу.

— А как насчет тебя, американский мальчик? — Даниель указал на все еще полностью одетого мужчину, стоявшего рядом со мной. — Ты что, решил отсидеться?

Американский мальчик."

"Мои глаза расширились. Как он только что назвал моего парня — фальшивого парня, поправила я себя.

Неужели мой бывший только что назвал моего фальшивого парня мальчиком?

Конечно, Даниель был примерно на восемь или девять лет старше Аарона. Но называть его мальчиком?

Моя голова повернулась в сторону Аарона.

Как раз вовремя, чтобы увидеть его реакцию. Его челюсть расслабилась, на губах заиграла… улыбка.

Затем он не колебался. Спокойно — так пугающе — мой фальшивый парень смерил Даниеля взглядом, который заставил бы любого убежать в горы.

Взгляд, который принес ему его репутацию на работе. Это был тот самый, которым он размахивал в качестве предупреждающего знака. И это означало неприятности. Серьезное дело.

Затаив дыхание, я наблюдала, как пальцы Аарона потянулись к подолу его футболки.

О Боже, он собирается это сделать. Мой фальшивый парень и будущий босс раздевается у меня на глазах.

Он поднял его, и одним быстрым движением — достойным одной из тех реклам духов, где все, кроме неотразимой и неземной модели в кадре, размылось на заднем плане — Аарон снял рубашку.

Я моргнула.

Madre de Dios (Матерь божья).

Аарон был… он был …

Блядь.

Он был… великолепен — нет, он был чем-то большим, чем просто это.

Аарон представлял собой восхитительное зрелище.

И его невероятная, не от мира сего, достойная рекламы верхняя часть тела была настолько безупречна, что мне захотелось плакать.

Я была поверхностной, поверхностной женщиной. Но мне было все равно.

Когда мой пристальный взгляд впился в Аарона во всей его наготе, я почувствовала, как из моих легких вышибло воздух. Я думала, что всегда была впечатлена — почти очарована, если быть до конца честной — его ростом и размерами.