Испорченная безумием (ЛП)

— Ты сможешь поблагодарить меня позже за то, что избавил тебя от полиции, — сказал Маттео, когда мы проходили мимо него.

— Спасибо. Для этого и существует семья. Если тебе когда-нибудь захочется устроить кровавую баню в Лас-Вегасе, попроси меня. Я знаю лучшие места.

— Ты, вероятно, попытаешься убить меня в своей маниакальной жажде крови, так что нет, спасибо.

Я не мог обещать, что этого не случится, поэтому ничего не сказал.

Фабиано подтолкнул меня к черному лимузину и запихнул на пассажирское сиденье.

— Что, черт возьми, с тобой не так? Мы все думали, что ты перерастешь это дерьмо.

Я усмехнулся.

— Как можно перерасти жажду убийства?

Фабиано бросил на меня косой взгляд.

— Если ты будешь постоянно поддаваться этому, оно будет управлять тобой. Как Капо и мужчина с любящей семьей, ты должен контролировать это.

— Вот почему у меня никогда не будет собственной семьи, потому что я не хочу это контролировать.

— Не хочешь или не можешь?

Я выглянул в окно. Черт его знает.

— Если ты не можешь, тогда тебе следует придерживаться своих слов и оставаться волком-одиночкой.

Аврора

На следующее утро за завтраком Невио выглядел так, словно у него была тяжелая ночь. Я не знала подробностей того, что произошло, знала только, что папе пришлось отлучиться посреди ночи, чтобы забрать Невио, и он был в отвратительном настроении, когда вернулся.

Мрачное выражение лица Невио, вероятно, не было результатом бурной ночи.

Недавно Фамилья снова возобновила традицию показывать окровавленные простыни после первой брачной ночи, главным образом для того, чтобы успокоить своих консервативных членов. Я никогда раньше не была свидетелем презентации окровавленных простыней. Мама всегда заботилась о том, чтобы мы были где-нибудь в другом месте, если что-то происходило после свадьбы, на которой мы присутствовали, но в Каморре это случалось редко.

Сегодня я решила присутствовать. Я должна была признать, что мне было немного любопытно узнать, как все это делается, и я хотела посмотреть, как Невио справится с этим.

В конце концов, Амо и Грета вошли в комнату рука об руку, и несколько женщин из Фамильи подали простыни. Смущение поползло вверх по моей шее, когда я увидела красное на белом. Я была бесконечно рада, что Каморра не следовала этой традиции.