Бог возмездия (ЛП)

Внезапно чья-то рука бьет меня по затылку, поэтому я опускаю взгляд.

— Прошу прощения, мистер Фалько, — сердито бормочет отец. — Обычно она более послушна. Не знаю, что на нее нашло сегодня.

Пальцы отца обхватывают мою шею, затем меня дергают назад и толкают к матери."

"Она хватает меня за руку и вытаскивает из гостиной.

Я слышу, как Дамиано вздыхает, словно ему наскучило все это зрелище, затем он приказывает:

— Проводите меня в комнату, где я смогу уединиться.

Мама заталкивает меня в спальню. Дверь с грохотом захлопывается, и когда я поворачиваюсь к ней лицом, она начинает яростно бить меня; ее ладони обжигают каждый дюйм моего лица и торса.

В момент абсолютного безумия я поднимаю руки и отталкиваю мать от себя с криком:

— Хватит!

Моя вспышка настолько шокирует ее, что она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Ты что, с ума сошла? — Ахает она.

Дверь моей спальни открывается, и Стефано, войдя в мое личное пространство, бормочет:

— Я разберусь со своей невестой.

Мать бросает на меня разъяренный взгляд, а затем одаривает Стефано дрожащей улыбкой.

— Спасибо.

Когда она выходит из комнаты, страх скручивает мой желудок, и я пытаюсь подготовиться к тому, что должно произойти.

Глава 2

Габриэлла

Когда Стефано бросает на меня взгляд, снимая пиджак, у меня по коже пробегает странное ощущение.

— Ты смутила меня, Габриэлла, — бормочет он, вешая свой пиджак на спинку стула у моего туалетного столика.

Его тон полон гнева, поэтому я бросаю взгляд на дверь.

Внезапно он ехидно усмехается.

— Ты даже не собираешься извиняться?

Гордость заставляет меня вздернуть подбородок, и я смотрю в глаза мужчине, за которого собираюсь замуж. Если сегодня я не отстою свою позицию, он превратит мою жизнь в сущий ад.

— Я не сделала ничего плохого, — говорю я, и мой голос звучит гораздо увереннее, чем я себя чувствую.

Когда Стефано начинает расстегивать ремень, меня охватывает волна ужаса, и по коже пробегают мурашки.

Dio.

— Ты не можешь лишить меня девственности, пока мы не поженимся, — говорю я, словно эти слова его остановят.

Губы Стефано растягиваются в ухмылке.

— Ты уже принадлежишь мне.

— Нет. — Качаю я головой. — Мистер Фалько не давал своего разрешения.

— Сейчас я не планирую тебя трахать. Сначала я задам тебе хорошую взбучку, чтобы ты больше не смела меня смущать, — рычит он. — А вот после ужина лишу тебя девственности.

Он вынимает ремень из петель, и, недолго думая, я бегу к двери.