Безнадежно влип

Разогнать бы всех отсюда, да порезвиться голыми в бассейне.

Как только в голову пришла мысль про покупаться голышом, Маша как будто специально направилась к бассейну. Не сказать, что прям голая, но купальник на ней оказался из разряда – ни хера не спрятать. Трусы узкие, не стринги, но задница еле прикрыта, уж про лифчик вообще молчу. Дефицит ткани в стране? Красиво, конечно, но не всем же так показываться. Фигура, конечно, загляденье, не то, что полгода назад. Без слез не взглянешь. Одна кожа да кости, даже я выглядел в сто раз лучше после больнички, чем она.

То ли дело сейчас. Поправилась. Кажется, даже грудь стала больше, хотя не рожала. Красота.

Ну, конечно, не я один заметил. Моднявый тут как тут. Покупаться ему тоже захотелось. Придурок.

– Миш, пойдем, покупаемся, – Наташа хватает меня за руку.

– Я не хочу.

Единственное, что я сейчас хочу – это свалить отсюда. Ну или убрать из поля зрения моднявого. Ну я же не ревнивый долбоеб. Мне не двадцать, чтобы поддаваться какой-то херне. Тем более, они, по сути, ничего такого не делают.

Ну купаются, ну резвятся. Но противный голосок попездывает на ухо – а она ведь с ним когда-то сосалась. Сама же призналась. Значит все же, как ни крути, он ей нравился. И это бесит. Чертовски. Ладно, о чем я вообще думаю? Маша – верная, таких еще поискать надо. Плевать ей на него. Она меня любит. Уж в этом я точно уверен.

– Что-то слишком жаркий вышел август. Не находишь? – нехотя поворачиваюсь к Архангельскому. – Ты без бороды симпатичнее. На хрен она тебе снова сдалась?

– Отвали от меня.

– Ты как обидчивая девчонка, ей-Богу. Угомонись уже. Наташа взрослая, не лезь к ней.

– Взрослая? Для чего? Ни образования, ни работы, но скоро будет с пузом. Сука ты все-таки, Слава, – блядь, ну что-опять то повело?

– Отучится, когда захочет. Не переживай. У тебя, кстати, тоже нет образования. И ничего, не бедствуешь. Да и потом, женщина и не обязана работать. Это даже вредно для них. Становятся независимыми. А потом бац и сваливают в какие-нибудь командировки.

А кто-то на кулинарные курсы во Францию. Аж на три месяца, – чувство такое, как будто меня хорошенько приложили по башке. – О, так и думал, что ты не знаешь. Лепота.

Перевожу взгляд на Архангельского – улыбается. Не знаю, кого сейчас больше хочу придушить его или Машу, которая в тихушку, но все же решилась на эти сраные курсы, когда было четко обговорено, что я против. Более того, я с какого-то хрена должен об этом узнавать не от нее, а от этого мудака.