Секретный агент

Голиков произнес:

– Значит, Андрей! И больше ничего! Разве такое возможно между влюбленными?

– А мне совершенно неинтересно, кто он, главное, что он такой, какой есть. Когда надо, ласковый и спокойный, а когда агрессивный, решительный и безжалостный. Наверное, ему пришлось много воевать. Поэтому он умеет и драться, и ценить нежность. Сейчас он наверняка взбешен! Представляю, что Андрей сделает с теми, кто поднимет руку на меня!

Адвокат спросил:

– Почему же он покинул вас?

– Не знаю! Но перед тем, как ему уехать, квартиру навещал какой-то пожилой человек.

Думаю, это был его руководитель. Он и заставил Андрея на время убыть из Переславля. Куда? Не имею ни малейшего представления. Одно знаю совершенно точно, сейчас он уже ищет меня! А если предположить, что за ним стоит какая-то неизвестная, но мощная сила, то, очевидно, к поискам подключены и другие люди. Вас, Игорь, найдут! Не будете же вы все время сидеть в этом подвале? Поэтому, думаю, нам лучше договориться.

Голиков поднял глаза на продолжавшую оставаться совершенно спокойной женщину.

Это спокойствие начало тревожить адвоката. Так не ведут себя люди, не имеющие надежды на спасение. И надежды вполне осуществимой. С их, естественно, точки зрения. Спросил, пытаясь изобразить изумление:

– Договориться?

Новикова подтвердила:

– Да, договориться!

– Интересно, о чем?

– Вы отпускаете меня, я нахожу Андрея, и мы с ним уезжаем отсюда.

– Разве ему позволят проявить самостоятельность?

– А не будет никакой причины у руководства Андрея задерживать нас!

На этот раз адвокат удивился искренне:

– Не понял?

– Я же сказала, что отвечу на ваш вопрос, где спрятала интересующие вас бумаги! А от личных показаний я откажусь.

Голиков потер переносицу:

– Вы умная и смелая женщина. Но… недооцениваете противника. Где гарантия того, что ваш охранник покидал вас не для того, чтобы забрать эти документы из Междуреченска?

– Извините, Игорь, но ничего глупее вы не могли спросить?

Адвокат выразил неудовольствие:

– В чем дело, Новикова?

– Подумайте сами! Стала бы я называть место хранения компромата, если бы Андрей уже забрал его оттуда? Ведь если ваши люди не найдут ничего, то надеяться на спасение мне уже не придется.

Голиков проговорил:

– Рассуждаете вы логично! А кстати, сам ваш Андрей разве не интересовался, где находится место тайника?

– Интересовался. Но не настаивал, чтобы я назвала его. Просто спросил, сможем ли мы перед судом достать копии? Я ответила, что сможем, только на это потребуется время.