Секретный агент

Главарь спросил:

– Больше ничего?

– Нет! Все устаканилось, и сейчас объект выглядит, как обычно.

– Ладно! Продолжай наблюдение!

Грот отключил мобильник, посмотрел на Шнурова:

– Ну, что делать будем? Начинать акцию?

– У тебя есть другое предложение?

– А если эти двое из «пятерки» вызвали подмогу?

– А если они вызвали еще и ОМОН? –  съязвил Шнур.

– При чем здесь ОМОН?

– А при чем подмога? Какая причина вызывать ее, когда наружка убедилась, что у объекта все в порядке?

Гротов махнул рукой:

– Ладно! Чему быть, того не миновать! Поехали к супермаркету.

Шнур сказал:

– Я выйду здесь. Пройдусь до «Жигулей» пешочком. Вы же ждите от меня сигнала.

Он достал пистолет «ПМ», навернул на него глушитель, обернулся к Копляр:

– Инга! Подай-ка мне там сумку с бутылками!

Девица передала ему холщовую сумку.

Шнур вышел из машины и, согнувшись, слегка качаясь, словно пьяный, побрел к переходу между домами.

Его место занял Пирог, и колонна продолжила недолгий путь до супермаркета.

Шнур приближался к «пятерке», не глядя на нее, что-то насвистывая и гремя бутылками в сумке. Возле «Жигулей» остановился. Достал смятую пачку «Примы», вытащил сигарету. Та оказалась сломана, он чертыхнулся, отбросил ее, достал вторую, на этот раз целую. Стал шарить по карманам спортивного костюма. Выругался вслух:

– Вот блядь! Ведь были ж спички! Неужто выронил у рюмочной? И чем теперь прикурить?

Он осмотрелся. Увидел лица сидящих в «пятерке» спецов, радостно воскликнул:

– Во! Мужики!

И пошел к «Жигулям».

За ним пристально следили. Но офицеры не заметили в этом молодом, но, видимо, уже спившемся человеке угрозы. Водитель опустил стекло:

– Чего тебе, родной?

– Да пустяки! Прикурить!

Водитель отвернулся, вставляя прикуриватель в специальный паз панели. Этим и воспользовался Шнур. Он выхватил из-под куртки пистолет и дважды выстрелил. Пули, выпущенные из «ПМ» с глушителем, вонзились в головы наблюдателей, забрызгав темной жидкостью правое боковое и часть лобового стекла.

– Лоскут?

– Я, Шнур!

– Как обстановка?

– Нормально! Сработал ты чисто.