Ложь моего монстра (ЛП)

О, нет, точно нет. Ты заметил, что он привёл почти всех наших охранников, даже тех, кто должен оставаться в резерве? Он оставил только нескольких человек, чтобы защитить дом и мисс Карину.

Я от удивления открываю рот. Неужели Кирилл действительно все это сделал?

Для меня?

Нет, он, должно быть, получил какой-то приказ от Пахана спасти Рай.

Но с этой логикой есть только одна проблема, Кирилл, которого я знаю, не стал бы вкладывать все свои ресурсы в спасение того, кто ему не нравится, даже если бы ему приказал сам Пахан.

Мне требуется несколько минут, чтобы взять себя в руки и заговорить в меру нормальным тоном.

— Он объяснил, почему он это сделал?

— Серьёзно, Саша? Ты знаешь, Босса как того, кто все объясняет?

— О, верно, — он определённо не такой.

— Очевидно, почему он это сделал, — говорит мне Юрий странно взволнованным тоном. — Он беспокоился о тебе.

— Нет... — я пытаюсь отшутиться, но ни один из них не присоединяется ко мне. Поэтому я прочищаю горло. — Я недостаточно важен в общем плане вещей, чтобы он мог все это делать.

— Ты не видел, как он потерял самообладание и угрожал изнасиловать албанца всеми доступными предметами, так что заткнись, — говорит Максим.

— Он…что?"

"— Его точные слова были такими, — Максим прочищает горло и передразнивает апатичный тон Кирилла. — Послушай меня, таракан, если ты не скажешь мне, куда ты его отвёз, я тебя изнасилую. Я буду иметь тебя всеми доступными предметами, пока не сломаю тебя к чёртовой матери. Может быть, тогда ты поймёшь, каково это, да?

Я почти могу представить себе расстроенное выражение лица Кирилла, когда он произнёс эти слова.

Должно быть, у меня что-то не в порядке с головой.

— Кроме того, — продолжает Максим. — Босс не из тех, кто оставляет человека позади. Если бы вернуть тебя означало пройти через большие неприятности, чем это, я уверен, он все равно сделал бы это.

Это, безусловно, правда.

Когда в меня стреляли во время той спецоперации, мы были не так близки, но он все равно отнёс меня в безопасное место.

— Не вляпайся снова в дерьмо, — Максим шлёпает меня по щеке тыльной стороной ладони, поддразнивая. Почти с любовью.

Лицо Юрия каменеет. В одно мгновение он хватает его за запястье и заламывает руку за спину, глядя на него со странным напряжением. На самом деле он делает это не в первый раз.