Молодая и покорная (ЛП)

Выкусил?!

— Да пошел ты, идиот!

Лиам потер костяшки пальцев.

— А что, собственно, бесит тебя больше всего? Тот факт, что она любит меня? Или что она хочет меня? А, может, то, что со мной она чувствует себя в безопасности и не хочет покидать ""Темницу""?

В любую секунду, Хаммер снова ожидал получить от своего друга в челюсть, но вместо этого, он увидел, как в глазах Лиама вспыхнула боль.

— То, что мы, мать твою, здесь застряли. А все из-за того, что БДСМ-клуб стал для нее местом, наиболее четко подходящим под определение ""дом"".

В точку. Ему следовало позволить Рейн обрести собственный дом за пределами клуба. И, черт возьми, ему следовало отвалить, как только она признала Лиама своим Доминантом. Но если бы он поступил именно так, он потерял бы Рейн, и вероятно навсегда. При мысли, что она покинет его жизнь, у него скрутило внутренности.

— Ты разбиваешь ей сердце и, блять, заставляешь ее плакать, — припечатал Лиам.

— А я? Ты не упускаешь ни одной возможности кинуть в меня своими дешевыми обвинениями!

Боже, эти слова заставляли его чувствовать себя хуже, чем в аду. В течение многих лет, Хаммер цеплялся за Рейн, как за спасательный круг. Но он никогда не позволял ей причалить к его берегу, наоборот, он все крепче и крепче цеплялся за трос, боясь потерять ее и то умиротворение, которое ему дарило ее присутствие рядом, однако еще больше он опасался того, что, сблизившись с ней, он сломает ее.

Когда он попытался сделать глоток воздуха, его легкие обожгло. Им овладела паника. Глубоко в подсознании, здравый смысл буквально кричал ему, что он обязан поступить правильно… хотя бы однажды. Но даже пиная себя под зад, из-за своей неспособности дать ей то, в чем она нуждалась, он все еще оставался эгоистичной сволочью. В конце концов, он просто не мог бросить ее.

— Лиам -

— Заткнись. Иногда я задаюсь вопросом, зачем я так заморачиваюсь, когда, похоже, ни один из вас не рад меня здесь видеть.

"Казалось, еще чуть-чуть и Лиам скажет, что он готов оставить Рейн. Но каким-то странным образом, этот факт не удовлетворял Хаммера настолько, насколько он рассчитывал. В действительности, он еще никогда не видел, чтобы его друг находился так близко от края бездны, такого не случилось даже после предательства Гвинет.