Молодая и покорная (ЛП)

Тон Хаммера звучал так, словно он разговаривал с любимейшим ребенком.

Не замечая ее наготы, он спустил воду в унитазе, взял стакан с водой, подобрал ее одежду, положил ту на край ванны и помог Рейн подняться на ноги.

Лиам молча наблюдал за всем этим. Хотя, что еще он мог сделать? Не протестовать же? Рейн нуждалась в заботе, и прямо сейчас он не знал, как ей эту самую заботу обеспечить. Ему оставалось только смотреть и переживать свой наихудший кошмар наяву.

Хаммер нежно обтер ей лицо и попросил ее прополоскать рот.

Но затем силы окончательно покинули Рейн. Когда она распласталась на груди у Хаммера, он поднял ее и отнес в ту кровать, которую она делила с Лиамом.

Лиам горел от чувства несправедливости происходящего момента. Пусть Хаммер и оказывал помощь, но его это ранило. Боже, было так просто послушаться совета Сета, выйти за дверь, оставить этих двоих наедине и сесть на последний рейс до Нью-Йорка.

— Достаточно, Хаммер. Она поблагодарит тебя за твое внимание и заботу, когда ей станет лучше. Не сомневайся. Но теперь моя очередь присматривать за ней. Я сам разберусь с тем, что мне делать, если случится что-то непредвиденное. Когда она заснет, я приду к тебе на кухню.

Он не повышал голоса, но сталь, в его тоне не оставляла аргументов для спора. Лиам стянул с себя рубашку и снял туфли.

Хаммер сердито кивнул головой.

— Ладно. Рейн нужно выпить еще одну таблетку, ведь предыдущая была благополучно смыта в унитаз.

Поставив на ночной столик бутылку воды и положив рядом с ней одну таблетку, остальные он засунул себе в карман. Лиам пристально и сердито посмотрел на него.

— А что, если ей понадобится еще?

— Тогда найди меня. А я пока пойду и помою посуду.

Хаммер вышел прежде, чем Лиам смог возразить. Просто, блять, невероятно!"

"Наполнив водой еще один стакан, Лиам забрался на постель и накрыл покрывалом ее обнаженное тело. Ложась за ее спиной, он притянул ее в свои объятия. Прижимать ее к себе в данный момент было горько-сладким удовольствием.

— Выпей еще одну таблетку, девочка.

Поднеся стакан к ее бледным губам, он придержал ее голову, чтобы она смогла сделать глоток.

В чертах ее лица запечатлелась боль.