Молодая и покорная (ЛП)

К тому же, ты большой любитель споров. Лиам не такой. Он искренне расстраивается в такие моменты, а я это ненавижу.

Хаммер зарычал.

— Думаешь, я наслаждаюсь, ругаясь с тобой?

Она вскинула на него глаза, в которых открыто читалось то, что она и правда так считала.

— Для тебя это, как прелюдия… а ввиду того, что кроме этого между нами ничего не было… в смысле, я пытаюсь сказать, что, если бы тебе это не нравилось, ты бы не цеплялся ко мне по любому поводу.

— Ты не права.

Хаммер рванулся к ней.

— Цепляться и выводить тебя из-за себя, было единственным способом вытащить из тебя правду.

Сжав губы, она послала ему хмурый взгляд.

— Я все еще думаю, что тебе нравилось со мной спорить. Было весьма сложно не заметить каждый раз твой стояк.

— Это мое привычное состояние, когда я рядом с тобой, спорим мы или нет — неважно.

Лиам прочистил горло.

— То есть ты не собиралась отвлекать меня сексом.

Теперь она перевела взгляд своих голубых глаз на Лиама.

— Если бы я сказала тебе о причине нашего спора, мне пришлось бы также сказать тебе о продолжительности моей задержки.

— И ты думала, что как только я узнаю об этом, то обязательно тебя брошу? Да?

— Да.

— Даже после того, как я сказал, что никогда этого не сделаю?

— Но ты нарушил обещание, — возразила она с полными от слез глазами.

— Где я, по-твоему, нахожусь? — произнес он с вызовом.

— Где-то в другом месте? Не здесь?

Она вздохнула.

— Нет.

— Я отпустил тебя, любимая, не потому что хотел оставить тебя, а потому что ТЫ никогда не была полностью моя.

Рейн начала бороться со своими оковами, пытаясь сесть на столе. Ее ноги беспокойно дергались, пока, наконец, она не смогла приподняться над поверхностью настолько, насколько позволяли ей веревки.

Схватив в кулак ее волосы, Хаммер рывком подтянул ее лицо к своему.

— Прекрати. Сопротивляясь веревкам, ты сопротивляешься нам, Рейн.

— Не делайте этого, — всхлипнула она.

— Не избегай наших вопросов, — прорычал Хаммер.

— Здесь нет правильных и неправильных ответов — просто правда.

Она окинула Лиама взглядом одновременно обиженным и обвиняющим.

— Я говорила тебе. Я пыталась. Ты ждал от меня больше, чем я могла и не знала, как дать. Ты напугал меня до смерти.