Багровый берег (ЛП)

— Могу я присесть?

Когда она засомневалась, он полез в карман пиджака и извлек значок специального агента Федерального бюро расследований.

— Пожалуйста, — наконец выдохнула она, указывая на стул. — Но как вы попали сюда? Музей закрыт.

— Кто-то, должно быть, оставил незапертой дверь. Теперь, если вы не возражаете, могли бы мы поговорить о кости?

— Я только что собиралась записать результаты.

Мужчина махнул рукой.

— А я бы предпочел услышать их непосредственно от вас. Я тороплюсь.

— Хорошо. Она призадумалась, восстанавливаясь после испуга, собираясь с мыслями, и определяясь, с чего начать.

— Прежде всего, размер и прочность кости указывают на мужчину. Кого-то с большими и сильными руками. Костные сочленения настолько ярко выражены, что я могу с уверенностью сказать, что этот человек ежедневно занимался физической работой, а именно тяжелым ручным трудом, включающим в себя хватание и удерживание чего-то тяжелого.

— Это интересно.

— Дистальный конец кости к моменту смерти был сильно стерт.

Бледный мужчина помолчал некоторое время. Потом произнес:

— Этот джентльмен был замурован заживо.

Ганеш подалась вперед.

— В самом деле?

В ответ посетитель коротко кивнул.

— Так это расследование убийства?

— Из разряда очень старых.

— Я понимаю, — она прочистила горло. — Кость хорошо сохранилась и содержит много коллагена. Я сделала радиоуглеродную датировку образца.

— И я так понимаю, нет способа как-то уменьшить эту возможную погрешность.

— К сожалению, вы правы. Радиоуглеродная датировка лучше всего работает на артефактах возрастом от пятисот до пятидесяти тысяч лет. Погрешности становятся все больше с обоих концов этого временного интервала.

— Использовали ли вы бета-радиометрию[25] или масс-спектрометрию[26]?

Ганеш очень удивилась. Этот человек пытался показать свои знания, но он знал недостаточно, раз задал столь глупый вопрос.

— С такой относительно недавней датировкой, только газовая масс-спектрометрия даст полезный результат.

— Понимаю.

И тут она задавалась вопросом: может быть, он испытывал ее, и неспроста спросил подобную глупость. Это был весьма странный и загадочный мужчина.