Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить

Что хуже – смерть любимого человека или то, что он останется калекой? Сможет ли Кирилл жить так – привязанный к кровати?

Нет, не сможет. И я не смогу видеть его таким.

– Спасибо вам, – отвечаю с трудом, разворачиваюсь и медленно иду обратно к креслам, где спят мои девочки.

Вероника еще что-то говорит в след, пытается успокоить, до меня доносятся ее слова про положительную статистику, но я больше не слушаю.

Подхожу к дочерям и аккуратно касаюсь плеча Кати.

Хватит им тут сидеть.

– Мам? – испуганно спросонья смотрит на меня Катя, – Все хорошо?

Сглатываю ком в горле, но нахожу в себе силы натянуть улыбку на лицо.

Им не нужно знать, в каком состоянии находится Кирилл. Пусть едут домой и отдохнут.

– Да-да, – шепчу в ответ, – Буди сестру и увози к себе домой. Выспитесь, проследи, чтобы Уля тоже поела, – перечисляю свои материнские наставления, – А вечером я сама к вам приеду.

– Мама? – младшая тоже просыпается, – Как папа? Он…?

– Все хорошо, – ласково провожу рукой по голове Ули, – Папа жив, он еще в реанимации, но состояние стабильное…

Точнее – стабильно тяжелое.

Катя словно чувствует меня. В отличие от Ульяны, она глушит в себе паническое настроение, встает и начинает одеваться.

Так с самого детства было – Катя беспрекословно слушается маму, а Ульяна обязательно делает по-своему.

Но сейчас не время спорить. Хорошо, что старшая все понимает по моему взгляду и помогает младшей одеться.

– Поехали ко мне домой, – командует она Улей, – Там Саша нам готовит сырники на завтрак.

– Какие еще сырники? – ожидаемо возмущается Ульяна, – Мам?

– Давай, – и я включаю командный тон, – Я дождусь дежурного врача и тоже поеду к себе. Нам всем нужно немного отдохнуть. К папе все равно не пустят, пока не переведут в обычную палату. Вечером приеду, и поговорим.

Ульяна шумно выдыхает и соглашается. Грустно кивает и плетется вслед за Катей, когда за ними приезжает такси.

Провожаю дочерей и возвращаюсь назад.

Без них мне хуже. Сложнее. Больничные стены тут же сжимают в тиски.

В фойе опять становится шумно, все куда-то спешат, а я иду в туалет, чтобы умыться.

Надо бы тоже поехать домой. Хотя бы на пару часов, чтобы привести себя в порядок. Но в душе от этой мысли появляется страх.

А вдруг он умрет, если я уеду. Вдруг случится что-то страшное, а я буду далеко.

***

Так проходит еще пара часов.

Вероника приносит мне завтрак из больничной столовой. Не положено, но она незаметно подсовывает мне выпечку и горячий чай с лимоном.