Штамп на сердце женщины-вамп

Но думаю, годы здесь ни при чем. Да, Михаил? Отраву сначала на ком-то опробовали?

– Миша! – ахнула Мария Ивановна. – Господи, наша собачка. Чем она провинилась?

По щекам пожилой женщины потекли слезы.

– Я ничего плохого не заподозрила, когда ты подошел ко мне и сказал: «Мама, Трикси умерла. Тебе не надо на нее смотреть, запомни ее живой». Сын велел мне сидеть в спальне, пока он похоронит йорка. Потом Миша унес домик Трикси, вымыл пол в том месте, где находилась ее любимая лежанка. Он был в перчатках, но меня это не смутило – боже! Ты опробовал отраву в нашем доме!

– Нет, нет, – зачастил Миша.

– Бедняжка Трикси, – зашмыгала носом Флора, – как мне ее жаль.

Виктор кашлянул, и я поняла, о чем подумал адвокат. Слова жалости невестка Демидовых произнесла впервые за все время беседы. Похоже, смерть Вики, Кати и Лауры Кукасян ее не очень тронула.

– У Дарьи есть еще вопрос, – сказал Брунов.

Я выпрямилась.

– Я потеряла сумку под окнами особняка Демидовых. Мария Ивановна, сделайте одолжение, расскажите, что вы сделали, когда ее увидели?

Демидова сморщилась так, будто сделала глоток свежевыжатого лимонного сока."

"– Я сразу поняла, чем вы занимались. Мерзкое поведение. Принесла сумочку в комнату и показала Михаилу: «Вот что госпожа Васильева потеряла под окном. Сто раз вам с Геной говорила, еще когда мы в «Акации» жили: соседи очень любопытны.

Михаил мне ответил:

«Мама, она могла идти мимо и уронить ее.

Я возразила:

«Мимо идти? Под нашими окнами? Глупее ничего не слышала!»

Миша продолжил:

«Надо нам с Дарьей помириться, Марфа набезобразничала, нужно соседку умаслить. Ну-ка посиди тут».

Минут через двадцать сын принес пакет и велел:

«Мама, сходи к Васильевой, передай ей от меня подарок. Скажи: «Решила вам подарить домашние туфли, Мишину авторскую работу». Понимаю, тебе не хочется, но давай отношения с ней налаживать.