Я не твоя собственность (ЛП)

Он отталкивается от кухонного островка и говорит:

— Ты уже познакомилась со столовой и бассейном. Поэтому я покажу тебе остальное.

Тур по дому осуществляется довольно быстро. Под землей есть тренажерный зал, погреб с регулируемой температурой, сауна, парная, кинозал, бассейн и большая комната на этаже, который Ной называет минус 2, для вечеринок. Над землей обычные комнаты, которые имеются в любом лондонском особняке — столовая, несколько жилых комнат, восемь спален, в которые мы даже не заглядываем и зал с удивительным блестящим роялем.

— Кто играет на рояле? — интересуюсь я.

— Никто, — говорит он сухо.

— Просто для красоты, да?

Ной пожимает плечами и отказывается продолжать этот разговор. До сих пор он был вежлив, но довольно-таки прохладен, и мне кажется, что я ему не нравлюсь. Особенно, когда я видела его на кухне, когда он ласково гладил Стеллу по голове. Я вдруг вспомнила, насколько груба была с ним во время моего первого визита в этот дом. Я останавливаюсь посередине коридора.

— Послушай, прости, если я была груба в тот первый раз, когда попала сюда. Я была тогда в плохом настроении, и ты меня тоже тогда взбесил.

— Не беспокойся, — как бы между прочим отвечает он.

— Значит, все хорошо? — настаиваю я, поскольку на самом деле благодарна ему.

Еле заметное подобие улыбки появляется у него на лице.

— Мы ... крутые.

Я с ухмылкой смотрю на него.

— Спасибо, что тащил меня на верхний этаж.

— В этом доме есть лифт, — напоминает он мне.

— Ну ты мог бы оставить меня на полу в кухне.

— Возможно.

Я улыбаюсь.

— Какие планы на сегодня?

— Босс хочет видеть тебя в своем кабинете в 10.00. Он ненавидит ждать. Прошу не опаздывать, — он направляется в сторону входной двери.

Я бросаю взгляд на часы — только девять. Возможно, я смогу поработать хотя бы час, прежде чем попаду в пасть к тигру. Я возвращаюсь на кухню, здесь никого нет, поэтому я сама делаю себе кружку кофе и иду в свою комнату.

Я вытаскиваю свой рюкзак, набитый рукописями неизвестных авторов.

Первая рукопись — ужасна. Если бы я брала по центу за каждую рукопись, начинающуюся с главной героини, разглядывающей свое лицо в зеркале, я была бы богата. Очень многие просто списаны с 50 оттенков. Я аккуратно кладу на стол, скрепленные степплером три главы, окунаю палец в кофе, мажу дно своей кружки и ставлю кружку на рукопись.