Дьявол весной (ЛП)

Они всё еще находятся в разработке, но я предпочитаю использовать их в особых случаях, подобных этому. Швы не придётся удалять, что сведёт к минимуму риск развития инфекции и кровотечения.

Наконец, взяв себя в руки, Габриэль посмотрел на неё сквозь жгучую дымку в глазах.

– Что дальше? – хрипло спросил он.

– Главная для неё задача - оставаться полностью неподвижной и расслабленной, чтобы свести к минимуму риск смещения лигатуры и последующее кровотечение. Если что-то не так, это проявится в течение первых сорока восьми часов.

"– Поэтому никто не выжил из пациентов? Из-за кровотечения?

Она вопросительно на него посмотрела.

– Хэвлок рассказал мне о предыдущих случаях, похожих на случай Пандоры, – пояснил он.

Взгляд доктора Гибсон смягчился.

– Он не должен был этого делать. По крайней мере, не выставив всё в должном свете. Те случаи не увенчались успехом по двум причинам: врачи полагались на старомодные хирургические методы, и операции проводились в загрязнённой среде. Ситуация Пандоры совсем иная.

Габриэль судорожно вздохнул.

– Я хочу вам верить.

– Милорд, я никогда не пытаюсь заставить людей чувствовать себя лучше, при этом скрывая от них правду. Я просто говорю факты. Как вы реагируете на них - дело ваше, не моё.

Абсолютно несентиментальные слова почти заставили его улыбнуться.

– Спасибо, – искренне поблагодарил он..

– Пожалуйста, милорд.

– Могу я теперь её увидеть?

– Чуть позже. Она всё ещё приходит в себя после анестезии. С вашего разрешения, я оставлю её здесь в отдельной палате, по крайней мере, на два-три дня. Я, естественно, круглосуточно буду поблизости. В случае кровотечения, смогу тут же её прооперировать. Теперь, я должна помочь доктору Хэвлоку с некоторыми послеоперационными .

– Один из них мой лакей, – ответил Габриэль, узнав возвышающуюся фигуру Дракона. Другой мужчина был ему неизвестен.

Когда они приблизились, хмурый, напряжённый взгляд Дракона остановился на Габриэле, пытаясь прочитать выражение лица хозяина.

– Операция прошла успешно, – сообщил ему Габриэль.

На лице лакея появилось облегчение, и его плечи расслабились.