Развод, Новый год и прочие неприятности

Не знаю, что скажу самому Герману, но я не могу не пойти!

Пока иду, перед глазами так и мелькают вчерашние дурацкие картинки - улыбки его, смех, какие у него глаза были, когда он меня поцеловал... И мне так... жалко, страшно, тревожно...

Прохожу мимо больничного кафе к стойке регистратора.

Краем глаза замечаю своих свекров там! Стоят, пирожные выбирают!

Ускоряюсь, чтобы не заметили. Странно! Я-то думала, что они к младшему сыну так спешили!

Узнаю у милой девушки-администратора, что Герман Шахов прооперирован, что его жизни ничего не угрожает, и что.

22 глава

Я не успеваю даже толком его разглядеть.

Мне навстречу шагает Софья.

А-а-а! Вот она какая - ""жена""...

Такая вся серьёзная. На лице непроницаемая маска. При виде неё в моей голове только одна мысль - вот человек, который точно знает, чего хочет и чётко идёт к поставленной цели.

-Что вам здесь нужно? - спрашивает таким тоном, словно сюда проникла не я, а монстр какой-нибудь. Как будто она со мной не знакома совсем и на самом деле не понимает, зачем я здесь.

-Хочу проведать Германа, - спокойно отвечаю ей.

-Неужели вы не понимаете? - выходит в коридор и закрывает дверь. - Не понимаете, что он из-за вас пострадал? Оставьте уже его в покое!

Из-за меня? Что за бред такой?

-Здесь больница, - пожимаю плечами. - Никто из персонала не запретил мне пройти к Герману. И я не думаю, что можете запретить вы!

Нет, я отлично понимаю, что никому ничем не обязана. И могу просто развернуться и уйти! Но.

Слышу за спиной в коридоре голос своей свекрови. Что-то возмущённо там выговаривает свекру. Не удивлюсь, если видит меня у палаты Германа и выказывает недовольство именно этим фактом.

Софья тоже их слышит. И, по видимому, знает - отвлекается, глядя на них.

Я никогда не была решительной и ни разу в жизни не принимала необдуманных решений.

Я просто открываю дверь и просто вхожу. Не слыша возмущенного крика, не обращая внимания на приближающихся Шаховых.

Софья влетает в палату, когда я уже стою у кровати Шахова-младшего.

У него слева вся щека заклеена белым пластырем, который держит сложенную из множества слоёв марлевую салфетку, вымазанную чем-то жёлтым.

Медленно открывает глаза.

Видит меня.

Медленно закрывает глаза.