Призрачная любовь (ЛП)

Я не собираюсь держать на тебя зла за это. Я просто найду кого-нибудь другого. Но если ты не возражаешь, на сегодня с меня хватит.

Унижение пульсирует в моих венах, и я отворачиваюсь, отчаянно нуждаясь во времени, чтобы залечить свое уязвленное эго, но его рука сжимает мой локоть, притягивая меня обратно к нему. В его глазах вспыхивает отчаяние, и я не думаю, что он осознает, как крепко он меня держит.

— Ты бы не стала.

Мои брови хмурятся в замешательстве.

— Почему, черт возьми, не стала бы? — спрашиваю я. — Я по глупости так долго берегла себя для тебя, а ты снова и снова давал понять, что я никогда не буду для тебя никем большим, чем младшей сестрой Остина.

— БЛЯДЬ!

Он резко разворачивается, прижимая руки к вискам, ему явно нужно время, чтобы обрести самообладание, и, судя по тому, как поднимаются и опускаются его плечи, ему нужны глубокие вдохи, чтобы сохранить контроль.

Он… ревнует меня к другому мужчине? Что за чертовщина?

Когда он оборачивается, его взгляд наполнен странной смесью огня и беспокойства.

— Если, и это большое ""если"", я соглашусь сделать это, это не может происходить здесь или у меня дома. Только в клубе. Учитель. Ученик, — говорит он, указывая на себя, а затем на меня. — Вот и все. Больше ничего. Никаких постелей. Никаких поцелуев. Только секс. Это строго профессиональные отношения.

— Это все, о чем я прошу, — говорю я, чувствуя, как в моей груди зарождается надежда.

— Остин никогда не должен узнать.

Я киваю, мне не нужно озвучивать свой ответ. Он знает, что мы на одной волне относительно моего брата. Остин не должен узнать об этом, даже если все так далеко зайдет.

— Черт возьми, Аспен, — говорит Айзек, его руки сжимаются в кулаки, когда он теряет контроль. — Мне нужно подумать об этом.

— Хорошо. Это справедливо."

"Он стискивает челюсти, направляясь к моей входной двери, но останавливается, когда тянется к ручке.

— Ты даже не посмотришь на другого мужчину, пока не услышишь мой ответ. Это понятно?

Я киваю, и с этими словами он исчезает за дверью, оставляя меня с новой надеждой и сердцем, которое уже не так разбито.

17

АЙЗЕК

Это гребаное безумие.

Когда я ввалился в дверь ее квартиры, я был готов ко всему, что она могла в меня бросить.