Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Что же всё-таки произошло?

Похоже, в этом разговоре ни одному из собеседников не суждено было дать прямого ответа.

— Я не хотел этого, — туманно произнес Юэ Цинъюань. — Но… я слишком порывистый человек, в конце концов.

Что-то в этих словах не понравилось Шэнь Цинцю, но у него не было возможности толком обдумать, что именно. Поддерживая Юэ Цинъюаня, он помог ему сделать первые шаги.

— Шисюн, вы можете идти? Спускайтесь с хребта, уничтожьте меч и найдите шиди Му, чтобы он позаботился о ваших ранениях. Предоставьте мне самому разобраться с Ло Бинхэ.

Юэ Цинъюань едва держался на ногах, на землю закапала алая кровь. Стоило Шэнь Цинцю отпустить его, как глава школы, немного постояв, вновь рухнул на землю.

Побелев от страха, Шэнь Цинцю бросился к нему, чтобы помочь подняться.

— Глава школы? Шисюн? — Когда он пощупал пульс Юэ Цинъюаня, даже его скромных познаний в медицине хватило, чтобы понять, что состояние его шисюна крайне тяжелое.

Тот глядел мимо Шэнь Цинцю и, казалось, вовсе не различал его слов.

— Но… тогда, в Цзиньлане, и когда Ло Бинхэ осадил наш хребет, я сумел себя контролировать, помня об общем благе… и всё же всякий раз потом думал, что лучше бы я… поддался порыву.

Видя, что глава школы впадает в забытьё, Шэнь Цинцю хотел было хорошенько ущипнуть его за губной желобок, чтобы привести в чувство, но не посмел совершить столь непочтительного действия по отношению к нему, вместо этого гаркнув в ухо:

— Шисюн, придите в себя! Вы всё сделали правильно!

Прикрыв глаза, Юэ Цинъюань покачал головой.

Кровь не заставила себя ждать, выплескиваясь с каждым выдохом.

— Помоги мне… зачехлить Сюаньсу, — с трудом выговорил Юэ Цинъюань.

Шэнь Цинцю поспешно спрятал в ножны ослепительно-белое лезвие лежащего неподалеку меча, чтобы вручить владельцу. Лишь тогда цвет лица Юэ Цинъюаня хоть немного изменился к лучшему, и он наконец с трудом сумел сделать несколько вдохов.

Уставив неподвижный взгляд на руки Шэнь Цинцю, держащие его меч, он вместо того, чтобы принять клинок, попросил:

— Если я умру здесь… прошу тебя, верни Сюаньсу на пик Ваньцзянь.

— Что вы сказали? — в ужасе переспросил Шэнь Цинцю.

О какой это смерти он толкует? Неужто раны Юэ Цинъюаня на поверку настолько серьезны?

— Сюаньсу обладает необычайной мощью, — продолжил глава школы, — но я почти никогда не вытаскивал его из ножен. Теперь-то ты догадываешься о причине?

Шэнь Цинцю кивнул.