Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Все предыдущие правители Дворца тяготели к вычурности, и Ло Бинхэ не был исключением – однако теперь, похоже, за роскошь почитался полумрак. Даже светильники на стенах мерцали, будто грозя потухнуть в любой момент.

Ша Хуалин моментально сменила свое экстравагантное одеяние на желтое платье дворца Хуаньхуа. Когда от нее не разило за версту демонической энергией, она вполне могла сойти за обычную миловидную девушку.

Миновав многочисленные коридоры, Ло Бинхэ расположился в просторном зале. Шэнь Цинцю уже собирался было пройти мимо, но Ша Хуалин одернула его:

– А ты куда собрался? Нечего тебе тут расхаживать, стой рядом!

Не желая конфликтовать с ней без особой нужды, Шэнь Цинцю нехотя застыл рядом с ней бок о бок с прочими последователями Ло Бинхэ, расположившимися в две линии.

За ним последовало еще несколько желающих оказать Ло Бинхэ подобающие почести и ввести его в курс событий. Шэнь Цинцю слушал их без особого внимания, пока знакомое имя не вывело его из забытья.

– Глава Дворца, как только вы удалились, у ворот дважды появлялся Лю Цингэ. Узнав, что вас нет, он со злости растоптал все посадки чилима [9], устроив первостатейное представление [10].

Эти слова так растревожили Шэнь Цинцю, что у него аж в зубах заныло.

Неужто Лю Цингэ… все еще хочет отомстить за него?

Ло Бинхэ выслушал это с выражением: «Да какая разница, у этого старика [11] денег куры не клюют», бросив лишь:

– Пусть себе топчет. Что еще?

Его последователь бросил на господина быстрый взгляд и, украдкой стирая с лица холодный пот, опасливо добавил:

– А еще… молодая госпожа Дворца… желает вас видеть.

Шэнь Цинцю всерьез полагал, что теперь-то Ло Бинхэ расплывется в нежной улыбке, не в силах скрыть пылких чувств к своей возлюбленной. Мог ли он предвидеть, что вместо этого лицо его бывшего ученика приняло еще более холодное и надменное выражение. Словно подать голос было выше его сил, он просто махнул рукой, отметая это предложение.

Чем, похоже, поставил своего сторонника в весьма щекотливое положение.

– Но… – замялся тот. Его прервало негодующее:

– Но она уже здесь!"

"При одном звуке этого голоса не только зубы, но и кожу Шэнь Цинцю охватило болезненное ощущение грядущей беды. Пламенный темперамент юной госпожи Дворца словно окружал ее обжигающим ореолом. Бок о бок с ней вошла красотка в тех же желтых одеждах, но малость постарше, с затуманенным от едва сдерживаемых слез взглядом – не кто иная, как Цинь Ваньюэ.