Наследница

Наоборот, она стала более женственной и в тоже время намного сексапильнее! Уж извините за мой китайский!

Королева Аквитании повернула ко мне лицо. Улыбнулась.

— Иди ко мне!

— Обязательно! — разделся моментально. И вот мы стоим вместе.

Прижавшись. Чувствую ее тело. Обнимаю ее. Одна рука на талии, вторая на ее левой ягодице. Она сцепила свои руки мне на шее. Струи воды бьют в нас. Потянулась своими губами к моим. Только хотел поцеловать ее, как она улыбнулась и с придыханием спросила:

— Хочешь?

— Саш, что за вопрос? Я тебя всегда хочу! Ты же знаешь!

— А я хочу каждый раз слышать это! Ты, Лис — негодяй и прохиндей, каких еще только стоит поискать.

— Не знаю. Сам удивлен. Что такая великолепная женщина, вдруг влюбилась в такого павиана, как я!

— То есть, ты хочешь сказать, что у меня плохой вкус?

— Саш, мы об этом спорим с тобой последние восемнадцать лет. Лучше давай о чем-нибудь другом, например, о твоей обворожительной заднице!

— То есть Ваше Высочество, Вас интересует во мне исключительно только моя обворожительная задница?

— Не только, но и не менее интересует обворожительная передница!

— Ты пошляк!.

— Угадай с трех раз, что это такое у твоего мужа упирается в низ твоего живота? Такое настойчивое и такое возбужденное?

— Что ты хочешь, муж мой?

— Тебе сказать или сама догадаешься? В конце концов, у тебя уже приличный опыт замужней женщины!

— Ну, ты и негодяй!

— Ты забыла сказать мерзавец, скот, животное и далее по списку!

— Ты заставляешь меня делать вещи, которые не положены мне по статусу королевы!

— Сейчас на тебе нет короны! Так что давай, малышка, поработай! Исполни супружескую обязанность! — Сжал ее ягодицу.

— Ладно, считай, что я уступаю грубой физической силе!

— Да, дорогая, я в это тоже верю. Особенно насчет грубой физической силы. Я долго Ваше Величество буду ждать?

Притворно тяжко вздохнув, поцеловала меня в грудь и сползла по мне вниз, опустившись на колени.

… Александра расслаблено лежала на шикарной постели. Ее обнаженное тело будто светилось. Что не говори, но я очень сильно любил ее. Сколько времени прошло, а я все не мог поверить, что эта женщина принадлежит мне. Как, впрочем, и я ей. После Александры у меня никого не было. И я никого больше не желал. Вот что, все— таки значит божественное дитя! Кстати о времени. Странные дела.