Наследник пепла. Книга I

Перебарывая себя, я подошёл к небольшому помосту, на котором стояла Екатерина Алексеевна и преклонил колено.

А затем поднял голову и встретился с ледяным, насквозь лишённым участия, злорадным взглядом. И в нём не было ничего, кроме желания сожрать и уничтожить.

«Ох, мама, надеюсь, ты меня сейчас поддержишь!»

Я встал с колена и уставился в глаза императрице:

— Ваше Императорское Величество, мы с сестрой благодарим за честь, но вынуждены отказаться.

Мысленно же в моём взгляде читался лишь один посыл: «Я лучше сдохну, чем отдам тебе свою сестру, сука!»

Глава 6

— Что ещё за новость⁈ — губы императрицы изогнулись в презрительной усмешке.

Вместе с этим я уловил, как со своих мест сошли и направились ко мне сотрудники охранного ведомства. Ещё бы, я напрочь нарушил весь возможный протокол, наплевав на этикет и поправ субординацию.

— Прошу прощения, Ваше Императорское Величество, я не желал выказать неуважение, — я продолжал, не отрываясь смотреть в глаза императрицы, — но хочу обратить Ваше высочайшее внимание на закон о равенстве традиций и жизненных укладов всех народов внутри империи, не противоречащих при этом основным законам Российской империи.

Екатерина Алексеевна сделала знак рукой безопасникам, и те замерли на месте, ожидая дальнейших распоряжений.

— И что там у вас за традиции такие, которые смеют спорить с мнением императрицы? — надменно произнесла Екатерина Алексеевна, но при этом я видел, что выражение её глаз изменилось, и женщина смотрела на меня с вновь возникшим интересом.

— Я хочу обратиться к непоколебимым традициям тохаров, принятых короной Российской империи в полном объёме, — ответил я, вспоминая, как нашёл свод этих законов где-то возле отвесного сортира на Стене, и предназначен он был совсем не для чтения. — И указать на то, что девушка до восемнадцати лет не может находится без присмотра родственников в каком-либо общественном месте, будь это образовательное учреждение или любое другое заведение.

Я цитировал по памяти, поэтому наверняка наврал.

Правая бровь императрицы взлетела на лоб, выказывая удивление монаршей особы сказанному мной.

— Это же дикость, — сказала, наконец, она. — Я понимаю, что традиции необходимо чтить, но не эти же, покрытые седым мхом.

— Ваше Императорское Величество, — я даже склонил голову, показывая, что якобы уважаю её мнение.