Наследник пепла. Книга I

Те кивнули без возражений и принялись мастерить из подручных средств носилки.

— Почему не в лагерь? — спросил кто-то из нашей группы, из тех, кого мы только что спасли.

Я сначала даже отвечать не хотел. Только что ведь всё объяснил. Но потом понял, что они сейчас как дети. Паника напрочь отрезала у них здравое мышление. Поэтому мне придётся выступить в роли дятла и вдолбить им простые истины в мозг ради их же выживания.

— Туда соваться опасно, там прорыв. Минимум два участка Стены пало. Внутри группы демонов. Мы уходим на максимальное доступное безопасное расстояние, чтобы организовать оборону нашей группы.

В этот момент шарахнул новый взрыв. На этот раз он был невероятно сильным. Сильнее предыдущих всех вместе взятых. Большую часть курсантов повалило на пол. Некоторые даже прикрыли головы руками.

— На что похоже по мощности? — спросил я у техников. Уж они-то должны были знать нормативы использования взрывчатых веществ и артефактов в случае непредвиденных ситуаций, вроде нашей.

— Скорее всего, принудительные обвалы ходов, — пожал плечами самый разговорчивый из них.

Таких тонкостей я не знал. Как говорится, век живи, век учись.

— Отставить панику, — вновь принялся я раздавать указания, — разбились по двое. Курсанты в блокираторах в санитарах, все с доступом к силам — в обороне. Санитары меняются каждые пятнадцать минут. Пошли! Пошли! Пошли!

И мы раненной гусеницей двинулись по вершине Стены.

Они смотрели на нас, потом на раненных, и глаза их раскрывались всё шире и шире. Кажется, нас уже не ожидали увидеть живыми."

"— Что с… — хотел было спросить один из военных, видимо, кто-то из младшего офицерского состава, но понял, что его вопрос будет звучать глупо, и умолк.

— Демон подрал, — ответил я, глядя в незамутнённые глаза человека, который должен был первым всё понимать. — И скоро они доберутся до нас, если мы будем стоять тут и лясы точить.

— Демоны по холоду не ходят, не рассказывайте сказки.

— Демоны и внутри Стены раньше не оказывались, и взрывчаткой не пользовались, — пожал я плечами, — только у меня тут полтора десятка свидетелей обратного.

Во взгляде военного я прочитал такую ненависть, что внутренне расхохотался.