Наследник пепла. Книга I

— Как зовут? — спросил я бледного брюнета с курчавыми волосами. — Уровень?

— Иван… Павлов, — с некоторой заминкой ответил тот. — Гридень.

Гридень — это хорошо. У Собакина только что появился реальный шанс выжить.

— Послушай, Иван, — проговорил я, глядя ему прямо в глаза. — Сейчас мы все вместе разгребём завал и попытаемся поднять тушу демона с раненого, — парень кивнул. — Из ран Собакина сразу польётся кровь. Много крови. Твоя задача — остановить её, как можно быстрее, чтобы куратор Собакин имел шанс выжить.

Павлов отрицательно замотал головой, но я не дал ему шанса отступить.

— Вот и отлично, — сказал я, — поехали!

Нельзя было терять время по двум причинам. Первую с остановкой крови Собакину я озвучил, а вот вторую умолчал. Кровь демоны чуяли не хуже акул, чуть ли не за километр. Очень скоро в нашу сторону начнут пробиваться и другие отряды, если таковые были внутри Стены.

Мы начали разгребать завал, чтобы иметь возможность вытащить Собакина. Уж не знаю как, но он умудрился проделать коридор в породе из соседнего тоннеля, в расчёте перехватить тварь. И это ему удалось. Правда, едва ли не ценой собственной жизни.

С трудом растащив в стороны камни с верхней половины туши, мы приготовились предоставлять лекарю доступ к телу больного.

Костя взялся за клыки оскалившейся пасти, нам же с Голицыным и Толстым достались лапы. Тяжеленные, к слову. Было ощущение, будто мы гранитную плиту пытаемся с места сдвинуть.

"— Готов, — отчитался Жердев. Я же посмотрел на остальных. Там готовности не было и в помине.

— Приготовились! — взял я на себя командование. — По моей команде поднимаем тушу, а лекарь проводит диагностику Собакину.

Павлов сцепил зубы, несмотря на то, что весь позеленел от ужаса. Я почему-то внезапно вспомнил, что перед последним боевым выходом в своём прошлом будущем слышал про некоего Ивана Павлова. Кажется, он создал какую-то революционную методику лечения в полевых условиях.

Мы с Костей, Голицыным и Толстым наклонились и ухватились за тушу демона, после чего принялись её поднимать. И тут я понял, что идёт она довольно легко. Мне практически не приходилось прикладывать к этому усилий. Что за?.. Только же сдвинуть не мог, и тут на тебе…

Собакин застонал, но звук этот оборвался на самой тревожной ноте. Иван склонился к куратору и проверил пульс.